Copyright © Журнал "Человек и Труд" № 8, 2007 г.
На недавнем заседании президиума Совета по реализации приоритетных национальных проектов их куратор - Д.Медведев - анализируя причины ухудшения демографической ситуации в стране, в ряду факторов, его обусловливающих, выделил ситуацию с безопасностью на производстве, назвав ее дикой. Такая характеристика - отнюдь не преувеличение: фактически каждый пятый российский работник трудится в неблагоприятных условиях. Но может ли быть иначе, если степень износа основных фондов в целом по промышленности достигает 50%, а на многих предприятиях - и всех 100%? К сожалению, волшебной палочки, способной вмиг все исправить, не существует: радикальная техническая модернизация требует немалого времени и огромных денег...
В определенном смысле панацеей здесь является грамотное и масштабное использование средств индивидуальной защиты (СИЗ), позволяющих реально снизить негативное воздействие на человека вредной производственной среды. Существенный вклад в сохранение здоровья (а по большому счету - жизни) работающих вносят отечественные производители СИЗ, шесть лет назад решившие объединиться для защиты своих общих интересов.
О том, насколько эффективной оказалась новая структура, что определяет ее лицо, и, конечно, о ситуации в области охраны труда, - в интервью президента Ассоциации ”СИЗ” Юрия СОРОКИНА, любезно согласившегося ответить на вопросы главного редактора ”ЧТ”.
Юрий Григорьевич, ”тема” охраны труда оказалась сквозной в вашей трудовой биографии. Поэтому вам, что называется, виднее эволюция этой сферы. Как вы оцениваете ее ”вчера” и ”сегодня”?
В сущности, такой ракурс предполагает сравнение ”тогда” и ”теперь”, а это в принципе некорректно, поскольку речь идет о разных системах, к которым нельзя подходить ”с одним аршином”. СССР - это плановая экономика, жесткое директивное управление, один работодатель - государство, общенародная собственность. Нынешняя модель - экономика, основывающаяся на рыночных отношениях и частной собственности, множественности работодателей и т.д. В дореформенные годы в каждом из 150 союзных министерств было серьезное подразделение охраны труда; огромную роль играли профсоюзы (только инспекторов по безопасности труда было 6,5 тыс. плюс более 400 аппаратных работников в ЦК профсоюзов и ВЦСПС). Но я далек от мысли, что прежняя система была безупречной, исключавшей травматизм и профзаболевания. Они существовали. Тенденция к их снижению наметилась где-то с середины 70-х годов. Тем не менее перед развалом Союза в целом по стране ежегодно фиксировалось порядка 12 тыс. профзаболеваний и около 13 тыс. несчастных случаев со смертельным исходом.
Потом произошло то, что произошло, и в сфере охраны труда образовался провал: на фоне резкого экономического спада показатели травматизма резко пошли вверх, хотя производства останавливались, людей в массовом порядке отправляли в отпуска без сохранения содержания и т.п. В то время шутили: ”Верный способ снизить травматизм - закрыть все предприятия”. Смешно, если бы не было так грустно...
Крайне негативную роль сыграл принятый в 1993 г. закон ”Об основах охраны труда в Российской Федерации”. Дело в том, что он предоставил работодателям право самим решать, нужна ли им служба охраны труда. Почему такая норма прошла? Потому что все, включая профсоюзы, были заражены ”ветрянкой эйфории”: существовала глубочайшая убежденность, что рынок все отрегулирует сам. В развитых рыночных экономиках ничего подобного нет. Скажем, в Западной Германии еще с 1973 г. действует закон, четко устанавливающий, что на каждом предприятии должна быть служба охраны труда.
На предприятиях серьезных отраслей - нефтепереработки, химии и т.п. - где, очевидно, без подобной службы обойтись нельзя, их сохранили. Но в других секторах еще до принятия закона (после опубликования его проекта) началось сокращение инженеров по охране труда (так, в сельском хозяйстве не осталось ни одного специалиста в этой области). Через год показатели травматизма подскочили в 1,5-2 раза. Несмотря на то что падение производства происходило значительно быстрее, чем уменьшение количества несчастных случаев, в относительных цифрах травматизм рос динамичнее.
Чтобы преодолеть этот зловещий тренд, требовалась хорошая законодательная база. Со своими коллегами в Минтруде я участвовал в подготовке нового закона, связанного с охраной труда, работа над которым закончилась в 1997 г. В него мы включили норму, устанавливающую обязательность формирования службы охраны труда на предприятиях с численностью 100 человек. После опубликования законопроекта количество соответствующих специалистов повысилось на 30%. Это свидетельствовало о том, что работодатели потихоньку стали осознавать важность данного ”узла” в механизме эффективного хозяйствования.
В своем давнем - конца 90-х годов - интервью ”ЧТ” вы говорили о серьезнейшей проблеме, связанной с невыплатами пострадавшим работникам ”возмещения вреда”...
Собственно, для того чтобы ее решить, в 1998 г. и был принят Федеральный закон ”Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний”. Однако его введение было поставлено в зависимость от одобрения закона о размерах соответствующих страховых тарифов (президент подписал этот акт 2 января 2000 г.). Средневзвешенная ставка страхового тарифа в целом на страхование профессиональных рисков в 2000 г. составила 1,42%. Причем ставки страховых тарифов на первый год были разнесены по 14 классам профессиональных рисков (колеблясь от 0,2 до 10,7% ФОТ). Сегодня их число достигает 32...
К 2000 г. работодатели передали ”выплатные дела” на всех ранее пострадавших на производстве в Фонд социального страхования, ставшего единственным страховщиком профрисков. Надо сказать, что сотрудники ФСС проделали и продолжают делать поистине грандиозную работу: в прошлом году Фонд осуществлял выплаты более чем 550 тыс. человек со стойкой утратой профессиональной трудоспособности, а также почти 80 тыс. членов семей работников, погибших в результате несчастного случая на производстве или профзаболеваний.
По существу, социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профзаболеваний (взносы по которому не включены в ЕСН) - сегодня наиболее страховой вид социальной защиты.
Чем объясняется то, что у нас число классов профессиональных рисков не достигает и полусотни, при том что, скажем, в Германии их насчитывается порядка 600, а в Италии - 300?
У нас классы профриска устанавливает правительство, а тарифы утверждает Госдума. Вообще говоря, это - нонсенс. На Западе их устанавливают работодатели. Скажем, в Германии существует жесткий порядок, обязывающий каждого работодателя вступить в соответствующее профессиональное товарищество страхования, внутри которого и определяются классы профриска и тарифы.
Самый высокий класс риска у шахтеров?
Да, но это не значит, что у них самый высокий уровень травматизма. Это, как дорожный и авиатранспорт. На дорогах гибнет значительно больше людей, чем в небе, но на земле у тебя есть шанс остаться в живых, а в воздухе его практически нет.
Последние события на шахтах Кузбасса в который уже раз сфокусировали внимание на роли человеческого фактора. По оценкам экспертов, более 80% всех несчастных случаев обусловлены поведением человека.
И здесь мы не оригинальны. На Западе приблизительно та же пропорция. Правда, следование правилам техники безопасности у них, что называется, стимулируется материально. Наглядная иллюстрация: на одном японском предприятии, производящем крупногабаритное оборудование, я в шутку спросил сопровождавшего меня специалиста: ”Разве спасет рабочего каска, если с подъемного крана упадет эта огромная болванка?” На что он мне ответил: ”Конечно, не спасет. Но если его найдут без каски, то его семья не получит ни иены.” В России помягче: единовременную выплату в случае признания пострадавшего виновным могут сократить на 25%.
По-видимому, ликвидация Минтруда негативно сказалась на положении в сфере охраны труда?
Любая реорганизация на первом этапе, как правило, ухудшает оперативную ситуацию. Что касается сферы охраны труда, то, на мой взгляд, следует принимать во внимание не только ликвидацию Минтруда, но и устранение из этой области деятельности субъектов Федерации. Ведь согласно закону о распределении полномочий из перечня их функций труд исключен вообще, а не только его охрана.
Хорошо, что сегодня положение выправляется. Эффективно работает Росструд, социальные департаменты Минздравсоцразвития. У них много интересных задумок, разрабатываются серьезные программы, связанные с решением демографических проблем, одна из которых направлена на снижение смертности населения в трудоспособном возрасте (доля смертей по причине нарушения правил безопасности труда составляет приблизительно 25%). Вы спрашиваете, принимаем ли мы участие в их подготовке? Да, но ”первая скрипка” - у министерства. Если в программу попадут предлагаемые нами мероприятия, надеюсь на подвижки в развитии законодательства. Скажем, наши поправки, которые были учтены при подготовке Трудового кодекса, несомненно сыграли положительную роль: удалось предотвратить развал экспертизы условий труда (в ТК появилась специальная статья), количество работников, требуемое для создания на предприятии службы охраны труда, уменьшено со 100 до 50 и т.д.
По большому счету мы лишь в начале пути совершенствования трудового законодательства. Нам не обойтись без принятия технических регламентов и стандартов безопасности по отдельным видам продукции, без выработки у работодателя экономической заинтересованности в улучшении условий труда и т.п. Это тем более важно в преддверии вступления нашей страны в ВТО.
Теперь давайте перейдем к Ассоциации ”СИЗ”, которую вы возглавляете. Какова ее предыстория? Какие цели она преследует? Кто является ее членами?
В советские времена существовал плановый порядок снабжения СИЗ. В 1967 г. по настоянию ВЦСПС Госснаб организовал Союзглавспецодежды, мощный главк, который, опираясь на территориальные органы снабжения, выстроил систему обеспечения предприятий необходимыми им СИЗ. Для их выделения в Госплане защищалась каждая ассортиментная группа (ткани, количество валенок, сапог, перчаток и пр.). В Союзе действовали две крупные организации - Роспромспецодежда и Укрпромспецодежда, изготавливавшие около 40% СИЗ (48% производилось в зонах). В середине 80-х потребности предприятий в СИЗ удовлетворялись почти на 100%. Дефицит ощущался лишь по двум позициям - ”полушубки” и ”респираторы ”Лепесток”.
В начале 90-х производство СИЗ сократилось в 10 раз; казалось, все в одночасье рухнуло... Но предприимчивые молодые люди поняли, что на рынке образовалась значительная ниша, которую можно заполнить. Сначала они пытались просто выживать, сбывая свою продукцию по бартеру, но постепенно нарастили мускулы и начали развиваться.
Сейчас у нас много очень сильных компаний-производителей СИЗ. Например, фирма ”Восток-сервис”, возникшая 15 лет назад. Ее оборот около 300 млн. долл. - деньги очень приличные, учитывая, что область ее деятельности не связана ни с нефтью, ни с газом. В России на сегодня это самая крупная компания.
К слову, нынешний российский рынок СИЗ оценивается в сумму, превышающую 60 млрд. руб. Средства индивидуальной защиты используют не менее чем 30 млн. человек, занятых в реальном секторе экономики.
На мой взгляд, создание Ассоциации разработчиков, изготовителей и поставщиков средств индивидуальной защиты было объективно обусловленным. Производители СИЗ осознали необходимость консолидации и объединились. Учреждение АСИЗ состоялось 14 ноября 2001 г. на конференции, проходившей в рамках V Международной выставки ”Безопасность и охрана труда”. 11 февраля 2002 г. мы получили свидетельство о государственной регистрации Ассоциации ”СИЗ”. Ее учредителями выступили ОАО ”Фирма ”Спецодеждаторг”, ПВ ООО ”Фирма Техноавиа”, ОАО ”ЦНИИ швейной промышленности”, ОАО ”Химконверс”. Сегодня АСИЗ объединяет 83 организации из 23 регионов РФ, стран ближнего и дальнего зарубежья (Беларуси, Германии, Франции, США и др.), доля которых на российском рынке СИЗ достигает 70%. Ассоциация является членом Торгово-промышленной палаты РФ, Союза участников потребительского рынка России, КСОРР, Европейской федерации безопасности.
В 2006 г. наша Ассоциация получила статус саморегулируемой организации, что реально соответствует ее возможностям. Мы активно взаимодействуем с федеральными и региональными органами исполнительной власти, потребителями СИЗ, центрами охраны труда, с зарубежными и международными организациями, научно-исследовательскими институтами, испытательными центрами и лабораториями, профсоюзами, другими структурами, оказывающими влияние на формирование отечественного рынка СИЗ.
Каковы основные требования к ее участникам? Каждый претендент на членство в АСИЗ должен выпускать только качественную сертифицированную продукцию и придерживаться принципа добросовестной конкуренции.
В перспективе Ассоциация намерена взять на себя контроль на этом рынке (пока он отсутствует). Существует так называемый дорыночный контроль, который заключается в проведении сертификации (в соответствии с Трудовым кодексом все средства защиты, даже самые простые, должны ее проходить). Чтобы получить сертификат, нужно представить пять соответствующих образцов. Однако для такой проверки можно сделать и просто выдающиеся экземпляры. А какого качества изделия будут производиться в дальнейшем, никого особо не волнует (до случая, если, не дай бог, что-то произойдет).
С сожалением приходится признавать, что работодатели-потребители СИЗ экономически не заинтересованы в приобретении современных эффективных моделей. Немало тех, кто делает ставку на дешевые, некачественные СИЗ. Это подтверждают результаты проверок Федеральной инспекции труда: в прошлом году ее представители вынуждены были запретить эксплуатацию в организациях более 85 тыс. единиц СИЗ, не имеющих сертификатов либо имеющих фиктивные. Именно поэтому специалистами АСИЗ с привлечением ведущих экспертов отрасли по заданию Минздравсоцразвития России разработан проект специального Технического регламента ”О средствах индивидуальной защиты”, который был обсужден на 4-й международной конференции в июне 2006 г. С его введением мы сможем отслеживать качество серийных образцов СИЗ, выпускаемых на рынок, доводя до потребителей информацию о недобросовестных производителях.
Готовясь к интервью с вами, я нашла такие данные: в промышленности при списочной численности работников в 9,4 млн. человек СИЗ обеспечены лишь 7,3 млн. То есть более 2 млн. работников не получают средств защиты по Типовым нормам. Участвует ли АСИЗ в их выработке, коррекции?
В соответствии с Уставом АСИЗ мы сотрудничаем с органами государственной власти, участвуем в подготовке законодательных актов и нормативных документов. В частности, нами разработаны проекты Норм бесплатной выдачи сертифицированных СИЗ металлургам, нефтяникам, строителям, шахтерам, работникам транспорта, сельского хозяйства.
Система бесплатной выдачи работникам СИЗ унаследована из советского прошлого. Нынешние типовые отраслевые нормы не несут никакой распределительной функции, являясь исключительно нормативно-правовыми актами в сфере охраны труда. Новая редакция ТК (ст.221) предусматривает, что работодатель имеет право с учетом мнения выбранного органа профсоюзной первичной организации или иного представительного органа работников и финансово-экономического положения предприятия устанавливать нормы бесплатной выдачи СИЗ, улучшающие по сравнению с Типовыми нормами защиту работников от имеющихся на рабочих местах вредных и опасных факторов, загрязнений и особых температурных условий. Сейчас началась разработка соответствующих подзаконных нормативно-правовых актов.
Большое значение мы придаем пропаганде лучших по дизайну и наиболее эффективных образцов средств индивидуальной защиты. С этой целью Ассоциация при поддержке Минздравсоцразвития России ежегодно организует и проводит профессиональную выставку ”Безопасность и охрана труда”, главными экспонентами которой являются производители и поставщики СИЗ.
В этом году XI выставка ”Безопасность и охрана труда-2007” будет проходить с 4 по 7 декабря на ВВЦ (павильон № 57).
С чем вы связываете развитие, в сущности, новой отрасли, производящей средства защиты, важным институтом которой является Ассоциация ”СИЗ”?
В первую очередь, пожалуй, с введением экономических методов стимулирования работодателей к снижению производственного травматизма и улучшению условий труда, с переходом на персонифицированную оценку профессиональных рисков.