Copyright © Журнал "Человек и Труд" № 5, 2004 г.
ЭКОНОМИКА ИННОВАЦИЙ
Наталья ИВАНОВА
Доктор экономических наук
Институт мировой экономики
и международных
отношений РАН
Основной вектор современной глобальной конкуренции лежит в области динамично меняющихся преимуществ ее участников, обусловленных научно-техническими достижениями. Основа этих преимуществ - в уровне развития национальных инновационных систем, интегрирующих науку, производство, финансы и другие элементы инновационного процесса. Вместе с тем ни одна страна и ни одна компания не могут достичь своих целей без широкой международной кооперации, учета новых глобальных правил конкуренции в инновационной сфере.
К началу XXI в. стало очевидным, что динамичное развитие инновационной сферы образует базу устойчивого экономического роста, по существу, проводя границу между богатыми и бедными странами. Формирование национальных инновационных систем (НИС) как основного механизма саморазвития стало главным фактором долгосрочного роста мировой экономики.
НИС в традиционном понимании - это совокупность организаций частного и государственного секторов экономики, ведущих НИР, осуществляющих производство и реализацию высокотехнологичной продукции (университеты и академии, крупные и мелкие компании, федеральные центры и региональные технопарки), а также управление и финансирование инновационной деятельности. Не менее важная часть НИС - институциональная среда, т.е. совокупность законодательных актов, норм, правил и ведомственных инструкций, определяющих формы, методы и интенсивность взаимодействия всех субъектов рынка, занятых инновационной деятельностью, с другими сегментами национальной экономики.
Формирование НИС (как принципиально новой формы экономического и финансового взаимодействия вовлеченных в инновации экономических агентов) - основной итог научно-технического и инновационного развития в ХХ в. Его важнейшие результаты: ускорение инновационных процессов, преодоление исторической изолированности науки как самодостаточной сферы деятельности, отказ от линейных методов создания новшеств (научная идея - разработка - производство - рынок) в пользу формирования нелинейных, сетевых национальных и региональных систем создания, финансирования и рыночного освоения нововведений. В рамках НИС указанные элементы могут комбинироваться в любом порядке в зависимости от конкретных целей и задач новаторов. Главное в том, что они обеспечивают постоянное и непрерывное зарождение и реализацию кластеров радикальных нововведений, которые, ”созидательно разрушая” старые производственные структуры, создают основу устойчивого инновационного роста.
Успешное функционирование НИС требует не только наличия сильной науки и образования, но и эффективного взаимодействия государства и частного сектора как основных ”игроков” на инновационном поле. Выделение государством в качестве приоритета развития образования, науки и технологий, создание благоприятных институциональных условий для генерации и распространения в экономике новых знаний - важнейший фактор сбалансированного развития всех элементов НИС. Реализация новых форм научной и инновационной политики в последние десятилетия ХХ в. подняла траекторию экономического роста лидеров мировой экономики, позволила многим странам, вчерашним аутсайдерам научно-технологического развития, интегрироваться в мировую экономику на основе хай-тека, повысить конкурентоспособность хозяйства и жизненный уровень населения.
Однако при всей важности роли государства именно бизнес обеспечивает постоянный, многовариантный и весьма дорогостоящий поиск перспективных направлений развития технологий, берет на себя основные риски экономической оценки потенциала научных исследований и изобретений. Непрекращающееся движение к новым технологическим рубежам, подчиняющее себе всю текущую деятельность компаний, стало важнейшим условием выживания в сфере наукоемкого производства, построенного на высоких технологиях.
При этом, конечно, научно-исследовательские лаборатории частных компаний зависят от поддерживающей их нормальное функционирование сферы фундаментальных исследований и подготовки научных кадров, формирующих национальный научный потенциал общества, за который в большей степени отвечает государство. Кроме того, оно поддерживает часть исследований, проводимых в научных центрах корпораций, прежде всего в аэрокосмической области и в сфере производства вооружений.
В 90-е годы интеграция в глобальную инновационную сферу определила новый вектор развития всех сегментов НИС. Ушла в прошлое технологическая самодостаточность как главная цель, ее заменила новая стратегия - использование технологической взаимодополняемости. Сотрудничество и взаимозависимость стали средством для разделения растущих издержек и риска нововведений, а также концентрации необходимого потенциала знаний и квалификации в процессе разработки новой продукции. Заметное увеличение международного научного и технологического сотрудничества, высокие темпы роста мировой торговли наукоемкими товарами и услугами, интеллектуальной собственностью, появление новых стран-экспортеров, а также постоянное расширение списка стран, производящих наукоемкие товары, говорит об эффективности стратегии глобализации инновационной сферы как фактора долгосрочного экономического роста.
Наукоемкие и технически сложные товары - самый крупный и наиболее быстрорастущий сегмент мировой торговли. Темпы роста производства и экспорта таких товаров в два-три раза выше соответствующих показателей сырьевых и традиционных отраслей - продовольствия, металлов, текстиля. Лидеры последнего десятилетия ХХ в. - информационные технологии, демонстрируют двузначные показатели прироста ежегодных объемов торговли. Мировой экспорт вычислительной техники и средств связи в 2001 г. по стоимости превысил сумму мирового экспорта нефти, газа, металлов и другого сырья (еще в 1990 г. он был в 1,5 раза меньше)*.
Коммерческая глобализация в инновационной сфере связана с расширением масштабов мирового рынка хай-тека и экономической деятельности ТНК. Создание и функционирование их новых региональных отделений требует научно-технического сопровождения - организации лабораторий, использования местных научно-технических кадров. Вторая стадия этого процесса связана с так называемой защитой ключевых компетенций компании. В последнее время все чаще деятельность зарубежных подразделений ТНК нацелена именно на использование глобального научно-исследовательского потенциала, включая привлечение высококвалифицированных научно-инженерных кадров, участие в выполнении и финансировании совместных научных проектов**. Усиление тенденции к использованию глобальной исследовательской стратегии для развития технологического потенциала отмечают многие исследователи. Также высказывается мнение о том, что в будущем эта стратегия окажется более важной, нежели стратегия использования рыночных возможностей в глобальном масштабе. Размещение за границей НИР становится ключевым звеном в распространении своей технологии и в использовании иностранной.
Глобализация ИР порождает ряд неизбежных институциональных проблем - от потребности в унификации стандартов образования и ученых степеней до необходимости выработки новых подходов к феномену миграции специалистов и т.д. В целом участие ТНК в финансировании исследовательских программ принимающей страны осложняет процесс формирования и реализации научной политики данной страны. Когда ТНК открывает лабораторию за рубежом, обычно она устанавливает взаимоотношения с местными университетами, академиями, гослабораториями через предоставление грантов или совместные исследования. Длительное взаимодействие приводит к постепенному усилению влияния ТНК на систему национальных исследований и образования, т.е. одну из основ государственности. Кроме того, происходит неизбежная утечка информации и специалистов. Все это не может не вызывать озабоченности и протестов в принимающей стране. Вместе с тем университеты и отдельные исследовательские группы получают доступ к технологическим программам корпорации, не говоря уже о финансовых и материальных ресурсах.
Другой повод для беспокойства в принимающих странах - приобретение иностранными компаниями лабораторий национальных фирм, что создает угрозу использования национального научного потенциала конкурентами.
В то же время перевод научно-технологической деятельности за границу вызывает обеспокоенность некоторых стран базирования ТНК: они опасаются ослабления своей конкурентоспособности в результате утечки технологий, относительного сужения национальной базы исследований. Каждая страна самостоятельно определяет приемлемый баланс интересов, степень возможного взаимодействия с ТНК в разных отраслях, но общей тенденцией последних десятилетий является расширение масштабов и повышение скорости этого взаимодействия.
В 90-е годы состояние науки и большинства высокотехнологичных отраслей характеризовалось стагнацией, обусловленной глубоким и длительным кризисом в экономике и соответствующим сокращением спроса со стороны государства и потребительского рынка. Кроме того, произошли структурные сдвиги в пользу производства энергосырьевых товаров, причем потребности этого сектора в инновациях и хай-теке существенно ниже его экономических возможностей. Кризисное состояние науки и наукоемких отраслей усугублялось резким снижением ассигнований из федерального бюджета на поддержку приоритетных программ и направлений, противоречивостью и незавершенностью процессов приватизации в данной сфере, ухудшением качественных характеристик научных кадров и материально-технической базы исследований.
Статистика фиксирует достаточно печальную картину: доля инновационно активных предприятий в промышленности - всего 4-5%, доля новой техники и технологий, используемых на производстве, - еще меньше, на приобретение прогрессивных технологий тратятся незначительные суммы. Вместе с тем следует признать, что статистика улавливает далеко не все тенденции в инновационной сфере: некоторые позитивные подвижки обозначились - появляются предприятия и компании, готовые производить и использовать новые знания и технологии. Конечно, масштабы и значение инновационной экономики в России пока несопоставимы с соответствующими показателями в США, Европе, Японии, тем не менее все очевиднее становится стремление экономических агентов отвечать на ”вызов спроса”.
Так, весьма успешно развивается российская отрасль связи, темпы роста которой характеризуются двузначными цифрами в последние десять лет. Количество абонентов сотовой связи сначала в Москве, а по последним данным, и по всей России, уже сравнялось с соответствующим показателем по традиционной телефонной связи (хотя на ее развитие потребовался почти целый век). Бурный рост отрасли связан с использованием новейших технологий, поступающих через долгосрочные стратегические альянсы российских и западных компаний. При этом большинство крупных зарубежных компаний, нашедших партнеров на нашем рынке, выделяют долгосрочные товарные кредиты на приобретение своего оборудования, осуществляют его поставки, сборку, наладку, обучение российских специалистов, поддерживают проведение НИР по адаптации поставляемых продуктов и технологий к российским условиям, привлекая к сотрудничеству российские научные и производственные организации. Это расширяет рынок хай-тека в стране.
Международное научно-техническое и технологическое сотрудничество способствует повышению конкурентоспособности предприятий, продвижению современных передовых технологий на внутренний российский рынок. Для большинства отраслей хай-тека главной задачей современного развития стало решение дилеммы ”конкуренция-сотрудничество” с мировыми производителями. Анализ деятельности российских компаний, выпускающих технически сложную продукцию в сфере авиастроения и космических технологий, информационных технологий и связи, показывает, что чем выше степень их сотрудничества с зарубежными партнерами, чем дальше они продвинулись по пути понимания требований, проблем и преимуществ выхода на мировой рынок, тем более устойчивым является их финансовое и экономическое положение.
Некоторые специалисты высказывают опасение, что вступление России в ВТО может существенно затруднить развитие промышленности в целом и хай-тека в частности. Вместе с тем послевоенная история показывает, что многие развивающиеся страны эффективно решали проблемы создания и укрепления новых предприятий и производств, повышения их конкурентоспособности на мировом рынке, являясь при этом членами ГАТТ-ВТО.
Так, в странах Юго-Восточной Азии основными факторами бурного экономического роста стали большие вложения в человеческий капитал (наука, образование, переподготовка кадров) и расширение экономических связей со всем миром через торговлю и инвестиции, что существенно повышает эффективность передачи технологий и, в свою очередь, приводит к росту производительности и прибыльности инвестиций. Открытая торговая и инвестиционная политика содействовала росту конкурентоспособности компаний, их адаптации на мировых рынках. Внешняя конкуренция обеспечила благоприятную основу для технического прогресса.
Совокупность мероприятий государственной политики, способствующих повышению эффективности национальных производителей с помощью инструментов содействия созданию равных условий конкуренции на внутреннем рынке, стимулирования инновационной деятельности при либерализации условий внешней торговли и привлечении иностранных инвестиций, составляет основу открытой промышленной политики. Именно через внешнюю торговлю и прямые иностранные инвестиции компании слабых в научно-техническом отношении стран получают облегченный доступ к технологическому и научному потенциалу лучших научно-исследовательских лабораторий мира. Знания и управленческие навыки, приобретаемые местным персоналом в филиалах транснациональных компаний, распространяются в местных бизнес-структурах, используются для развития собственных экспортных возможностей. Опыт Республики Корея и Мексики показывает, что местные компании, сотрудничающие с ТНК, экспортируют большую часть своей продукции, нежели аналогичные фирмы вне глобальной орбиты.
Противники вступления России в ВТО и те, кто считает, что торопиться с этим нельзя, утверждают, что для формирования инновационной модели роста нам необходимо сначала выбрать долгосрочные государственные приоритеты, определить отрасли хай-тека, ответственные за реализацию этих приоритетов, профинансировать из бюджета необходимые инвестиционные проекты, укрепить конкурентные позиции отечественных производителей на мировых рынках и только потом решать вопрос о присоединении.
Такие аргументы не подтверждаются ни современной мировой практикой стран, проводивших открытую промышленную политику, ни реальным опытом тех отечественных производителей, которые уже добились признания на мировых рынках и не считают присоединение к ВТО угрозой для своих интересов.
Во-первых, зарубежный опыт показывает, что открытость торгового и инвестиционного режима может совмещаться с активной внутренней политикой, использованием определенного набора преференций самым разным отраслям, в развитии которых заинтересовано то или иное государство. Это не мешает членству в ВТО.
Во-вторых, инновационная политика зачастую рассматривается в России в традиционном понимании - как прямая финансовая поддержка государством тех или иных отраслей. При этом, как свидетельствует отечественная практика 90-х годов, критерии и формы государственной помощи предприятиям, например при получении гарантий под зарубежные кредиты, зачастую были внерыночными (административный или политический ресурс, приятельские, семейные или земляческие отношения и т.д.) и, по существу, отражали влияние различных лоббистских групп. В цивилизованных странах такие методы неприемлемы и преследуются по закону. Понятно поэтому, что государственная помощь, нарушающая справедливую конкуренцию и предоставляющая незаработанные выгоды отдельным предприятиям, нарушает правила ВТО (к продукции таких предприятий могут быть применены санкции - антидемпинговые процедуры, квотирование и т.д.).
В-третьих, членство в ВТО допускает государственное стимулирование наукоемких отраслей разными методами. Для поддержки своих высокотехнологичных отраслей страны-члены ВТО широко применяют косвенные меры нетарифного характера (они перспективны для использования в России), включающие: государственные закупки; государственное финансирование НИОКР (в том числе в компаниях частного сектора на доконкурентной стадии); прямое государственное финансирование программ производства технически сложной продукции военного назначения, включая разработку и производство продукции ”двойного назначения”; косвенное субсидирование программ НИОКР через налоговые и амортизационные льготы; создание особо привлекательных условий для ностранных инвестиций в производство технически сложной продукции, научную и информационную инфраструктуру; практику соглашений по привязке импорта готовых изделий к встречным поставкам узлов и компонентов в рамках международной кооперации.
В процессе разработки и реализации инновационной политики России необходимо учитывать мировой опыт сочетания защиты собственных интересов с членством в ВТО. Конечно, этот опыт должен быть скорректирован с учетом социально-экономических и внутриполитических целей и задач, национальных традиций, предпринимательской культуры, состояния российской экономики и задач формирования НИС.
Российская экономическая политика в ее нынешнем виде не дает науке и наукоемким отраслям тех стимулов и преимуществ, которые были предоставлены соответствующим сегментам в развитых странах. Нам еще предстоит выработать новую государственную стратегию в отношении российского хай-тека. Одна из ее задач - содействовать укреплению позиций тех направлений и производителей, которые уже доказали свою способность конкурировать внутри страны и на мировых рынках, в том числе тех, кто уже вошел в мировые альянсы, консорциумы или стратегические партнерства.