Экономическая политика

В апреле текущего года Российский фонд высоких технологий провел конференцию на тему "Высокие технологии ХХI века", собравшую видных представителей отечественной научно-промышленной элиты. Место страны в мировой экономике сегодня определяется в первую очередь ее способностью получать и реализовывать новые знания и технологии.

Фактически мы являемся свидетелями четвертой технической революции, связанной с интеллектуализацией производства. Как на этом фоне выглядит Россия? Есть ли у нее шанс стать вровень с передовыми странами? Существует ли алгоритм преодоления научно-технического отставания? Участники встречи, а по существу, мозгового штурма, пытались найти ответы на эти вопросы.

Чтобы каждый из заинтересованных читателей "ЧТ" мог составить собственное представление о возможностях изменить позиционирование нашей страны в мировом научно-техническом пространстве, публикуем краткие фрагменты выступлений, прозвучавших на конференции.

А.Дынкин, член-корреспондент РАН, заместитель директора Института мировой экономики и международных отношений РАН: "В дискуссии о крупнейшем достижении XX в. мнения разделились: назывались ядерные технологии, космическая техника, Интернет. Опрос специалистов, проведенный в США, дал такой ответ - главным достижением прошлого века является создание национальной инновационной системы.

На Западе, несмотря на развитие малого бизнеса и огромную роль государства, ключевым звеном в создании инноваций остается крупное предпринимательство, поскольку именно здесь возможна наиболее полная реализация инновационных стимулов за счет выхода на рынки и реализации предпринимательского дохода.

Определяющим элементом инновационного процесса становится НИОКР (до 75% вложений). Это нисколько не умаляет значимости фундаментальных и прикладных исследований, но к ним обращаются по мере возникновения трудностей на магистральном пути, причем скорее в обратном порядке: сначала анализируются результаты прикладных исследований, и если они не дают ответа на возникшие вопросы, проводятся фундаментальные разработки".

Е.Балашов, председатель комиссии по науке и технологиям Московской городской думы: "Многие западные страны путем длительного поиска оптимальной модели эффективного финансирования НИОКР пришли к выводу о целесообразности использования малых инновационных предприятий в цепочке "научная разработка - технология (продукция) - промышленноe производство - реализация". До 1980 г. на исследования и разработки правительство США ежегодно тратило 30 млрд. долл., однако их результаты почти никогда не доходили до рынка (лицензировались лишь 5% всех полученных патентов). С начала 80-х годов были приняты меры, поощряющие НИОКР в частном секторе, прежде всего путем поддержки малого инновационного предпринимательства с ежегодным выделением на эти цели 5,4 млрд. долл.

В США существует весьма эффективная программа "Инновационная деятельность малых предприятий", благодаря осуществлению которой за 20 лет государство на каждый вложенный доллар получило восемь. Причем финансовые средства выделяются именно малым предприятиям с тем, чтобы они искали новейшие разработки в университетах. В результате университет не получает деньги, если предприятия не захотят внедрять результаты его научных исследований в промышленное производство. А предприятие не может участвовать в программе, если не найдет университет, где разработана новейшая технология. Таким образом, государству удалось обеспечить органичное взаимодействие между создателями интеллектуальной собственности и предприятиями.

Подобным же образом выстраивалась инновационная политика и в Германии: в начале 80-х годов был сделан акцент на создании сети региональных инновационных фондов с постепенным перенесением центра тяжести инновационной деятельности на малые и средние предприятия. Причем эти фонды организовывались исполнительными и законодательными органами власти совместно с заинтересованными частными структурами.

В США малые предприятия обеспечивают 55% всех инноваций в стране и 38% рабочих мест в секторе высоких технологий. В Японии малые и средние предприятия, через которые реализуется инновационная политика, составляют 99% общего числа предприятий, а их доля в ВВП страны достигает 52%, или 3 трлн. долл.

Для многих крупных московских предприятий перепрофилирование в инновационные центры малого бизнеса может стать весьма перспективным направлением. В Москве насчитывается около 1,2 тыс. крупных и средних предприятий, 258 из которых обеспечивают 95,5% промышленного производства в городе. Около 350 предприятий постоянно находятся в состоянии финансового кризиса, 550 надеются на помощь столичного правительства, на средства инвесторов или спонсоров. По мнению экспертов, для этих заводов единственный выход - реструктуризация в малые предприятия, в том числе и инновационные. Так, например, у ЗИЛа 300 га земли, огромный технологический парк простаивающего оборудования. Значительную часть производственных площадей он мог бы передать малым инновационным предприятиям, которые действительно смогут принести пользу городу.

Малый инновационный бизнес способен осуществить качественный прорыв во внедрении результатов перспективных разработок. В этой связи возникает проблема создания мобильной, гибкой структуры, способной оперативно и в кратчайшие сроки совместно с авторами научных разработок доводить результаты НИОКР до логического конца, т.е. до серийного производства и реализации наукоемкого продукта на рынке".

Из досье "ЧТ"

Малый бизнес в России В 1995 г. в России действовало около 1 млн. малых предприятий, численность занятых в малом бизнесе составила около 9 млн. человек, доля МП в валовом внутреннем продукте - 15,5%. С того времени, несмотря на четыре федеральные программы государственной поддержки малого предпринимательства, действовавшие с 1994 г. по 2001 г., не только не наметилось какого-либо продвижения в этой сфере, а, наоборот, налицо отступление от уровня 1995 г.: к 2002 г. в стране насчитывалось 850 тыс. малых предприятий, с численностью занятых 7,6 млн. человек, доля в ВВП - 12%. С учетом индивидуальных предпринимателей число занятых в малом секторе экономики составляет 11,6 млн. человек, а доля в общем количестве экономически активного населения - около 17%, что в три-четыре раза ниже уровня западноевропейских стран. На долю малых предприятий приходится 5,9% выпуска товаров и услуг (в развитых странах 30-40%). Для сравнения: в США 25 млн. малых предприятий, 6 млн. из них дают более 40% национального ВВП (4 трлн. долл.), на них занято более 50% рабочей силы. МП предоставляют 75% новых сетевых рабочих мест, обеспечивают 41% всех продаж в стране и 55% инноваций, 35% федеральных контрактов, 38% количества рабочих мест в секторе высоких технологий.

А.Уткин, доктор исторических наук, директор Центра международных исследований ИСКАН РАН: "Протекционизм и защита отечественного производителя имеют те же исторические корни, что и либеральная идея. На первом этапе глобализации, в конце Х1Х-начале XX в., Британская империя была борцом за либерализацию экономической системы до тех пор, пока у нее не появился конкурент в лице Германии. Тогда кабинет министров во главе с Дж.Чемберленом принял решение защитить национальную экономику с помощью тарифных барьеров.

На протяжении большей части своей истории нынешний апологет либерализма и глобализации - Соединенные Штаты - выступал за таможенные ограничения, позволявшие оградить еще не окрепшую экономику от конкуренции со стороны европейских индустриальных гигантов. Только став экономическим лидером, США, полтора века закрытые для мировой торговли, изменили свое отношение к рыночной активности. Немногим известно, что в период становления Силиконовой долины иностранцам было запрещено находиться на ее территории. Именно таким способом Америка защищала свою конкурентоспособность.

Можно также напомнить, что Япония не допускала на внутренний рынок импортные автомобили до тех пор, пока качество японских не было доведено до конкурентоспособного уровня".

А.Яшин, заместитель председателя Комитета Государственной думы по промышленности, строительству и наукоемким технологиям: "Законодательство Российской Федерации об интеллектуальной собственности 1992-1993 гг. содержит нормы, прямо противоречащие Конституции. Они не учитывают экономические реалии и то обстоятельство, что от Советского Союза Россия унаследовала уникальный научно-технический потенциал, исключительные права на который согласно нормам советского законодательства принадлежат государству. В результате более 1,5 млн. авторских свидетельств на изобретения и промышленные образцы, около 262 тыс. секретных и совершенно секретных авторских свидетельств СССР, а также приблизительно 330 тыс. документов "для служебного пользования", имеющих отношение к достижениям отечественной науки и техники в сфере обороны, космической деятельности и атомной энергетики, которые до настоящего времени во многом определяют основные параметры системы национальной безопасности, оказались фактически бесхозными, став легкой добычей для заинтересованных зарубежных организаций. Понесенный Россией ущерб сопоставим с возможными потерями государства в случае добровольного отказа от лицензирования использования природных ресурсов.

В 1992-2000 гг. только в США зарегистрировано более 1 тыс. патентов на технологии военного и двойного назначения, авторами которых являются российские изобретатели, а обладателями патентов и, следовательно, имущественных прав - иностранные юридические и физические лица, а также непосредственно Соединенные Штаты. Кроме того, в самой России иностранные граждане и организации уже запатентовали множество технологий военного и двойного назначения, авторство на которые принадлежит россиянам".

О.Сироткин, генеральный директор ОАО "Национальный институт авиационных технологий": "Следует иметь в виду, что 30-40% наукоемкой продукции потребляют сами производители, а оставшаяся часть идет на экспорт. Начальным шагом в этой работе должна стать интеграция с лучшими западными компаниями. На первом этапе необходимо добиться права быть поставщиком отдельных комплектующих и деталей для крупных транснациональных корпораций и затем постепенно переходить к партнерству. В мировом технологическом пространстве практически не существует национальных границ. Однако тесное переплетение бизнеса предполагает гармонизацию всех процессов, связанных с технологической совместимостью, менеджментом, инжинирингом, обеспечением качества, сертификацией и т.п. На первом этапе программа гармонизации должна затронуть 20-30 базовых пилотных компаний по приоритетным направлениям, что даст возможность выйти на 40-50 млрд. долл. экспорта уже к 2005-2007 гг.

При активной политике государства и частных компаний за 10-15 лет можно было бы создать 50-60 крупных корпораций, интегрированных в мировое технологическое пространство. В дальнейшем они послужат ядром для создания сети малых предприятий, обеспечивающих инновационную деятельность в сфере наукоемкого бизнеса.

Чтобы завоевать на рынке нишу в 1 млрд. долл., требуется осуществить как минимум 7-8% так называемых невосполнимых затрат на создание и продвижение продукции на рынок. Так, консорциум Airbus Industry принял решение захватить 50% рынка сверхтяжелых пассажирских самолетов, а это 120-150 млрд. долл. Затраты на программу подготовки и сертификация первых АЗХХ - 11-12 млрд. долл. Соответственно, чтобы Россия вышла на уровень продаж наукоемкой продукции в размере 200-300 млрд. долл., необходимо за десять лет потратить около 25-30 млрд. долл. на ее подготовку и выпуск, т.е. 3-5 млрд. долл. ежегодно".

В.Королев, генеральный директор ГУП "ОБОРОНТЕСТ": "Из 50 основных наукоемких макротехнологий объективно мы можем достичь хороших результатов по пяти-семи (авиация, космос, электроника, энергетика), но пока ни по одной из них мы не конкурентны. Технологический потенциал российской промышленности сосредоточен главным образом в машиностроении, а его доля в ВВП составляет всего 19% при том, что номинальное количество заводов в отрасли превышает мощности всей Европы.

Если на основе этих пяти-семи приоритетных макротехнологий вырастить 50 компаний-чемпионов, построенных по западному типу, то они принесут доход больший, чем 16 тыс. разрозненных предприятий, имеющих технологическую базу 20-летней давности".

А.Шелехов, заместитель председателя Комиссии Госдумы по проблемам устойчивого развития: "На мой взгляд, можно выделить следующие приоритетные направления для инвестирования в технологии: топливо и энергетика (использование альтернативной энергетики, замена паровых установок на парогазовые, разработка новых видов топлива и т.д.); информационные технологии и электроника; биотехнологии; новые производственные технологии (лазерная техника, глубокая переработка полезных ископаемых, экологически чистая продукция, оптоэлектронные технологии и т.д.); новые материалы (полимеры, композиты, сверхпрочные материалы и сплавы, биокатализаторы и т.д.); транспорт; технологии рационального природопользования; экологически безопасные критические технологии".

Ю.Полежаев, член-корреспондент РАН, заместитель директора Института высоких температур РАН: "Хотя ракетно-космической технике я отдал 25 лет, ратую за энергетику в качестве приоритета, потому что она имеет рынок. Кстати, именно такой выбор был сделан Соединенными Штатами. Разработка энергетической стратегии США паритетно финансировалась частными инвесторами и государством.

Частные инвесторы, участвующие в этом процессе, должны иметь государственную поддержку (налоговую, таможенную и др.). Энергетическое машиностроение, переработка органического и других видов топлива в доступные и удобные виды энергии нужны всем - и передовым, и слаборазвитым странам. Энергомашиностроение является очень важным аргументом, который позволяет с точки зрения национальной безопасности влиять на все мировые процессы. Сразу поднять все отрасли нельзя, слишком велики разрушения. Но надо выстраивать цепочку и выбрать некое начальное звено, за которым потянутся остальные решения".

Е.Каблов, член-корреспондент РАН, генеральный директор ГНЦ "Всероссийский институт авиационных материалов": "Несмотря на решение, принятое на совместном заседании Госсовета, Совета Безопасности и Совета по науке и высоким технологиям при Президенте РФ, обеспечить государственное финансирование приоритетных направлений развития науки и техники в размере 4% расходной части бюджета, реально пока выделено менее 1,5%.

В целом инновационная деятельность в сфере науки и высоких технологий и не должна базироваться на бюджетном финансировании. Разработчик инновационной идеи прежде всего должен заинтересовать своим проектом бизнес. В функции государства входит финансирование научных разработок в целях обороны и безопасности страны, фундаментальной науки, проектов общегосударственного значения, например для социальной сферы, и в исключительных случаях других проектов. Таким исключением, к примеру, стало финансирование европейскими государствами создания первого аэробуса. Реализация проекта оказалась своеобразным катализатором процесса экономической и политической интеграции в регионе".

К.Колин, профессор Института проблем информатики РАН: "Наряду с задачей восстановления высокого уровня естественно-научного и математического образования и сохранения традиций крайне важно продвигать в систему российского образования дисциплины, которые опираются на последние достижения фундаментальной науки и содействуют повышению качества подготовки студентов - общая теория систем, синергетика, фундаментальная информатика, кибернетика, глобалистика, социальная информатика, социология и психология, экология и культурология".

А.Нариньяни, директор РосНИИ искусственного интеллекта: "Необходимо сосредоточить внимание и основные усилия на реализации такого мегапроекта, который требует минимальных вложений, короткие сроки реализации, имеет большой рынок, обеспечен достаточным и высокопрофессиональным кадровым резервом. Таким направлением сегодня являются информационные технологии.

В стране есть сотни фирм и групп, накопивших опыт выживания в условиях рынка. Многие из них работают на мировом и опережающем уровне. При этом наш ИТ-рынок быстро растет, постепенно меняя ориентацию с зарубежных продуктов на отечественные.

Информационная индустрия подошла к очередному витку развития, на котором появятся компьютеры нового поколения с архитектурой, построенной на неалгоритмическом процессе управления, с качественно новой элементной базой и существенно обновленным программным обеспечением. ЭВМ этого поколения будут свободно понимать человеческую речь и обладать гораздо более мощными возможностями по всем другим параметрам. При энергичном развертывании работ такие ЭВМ, по моему мнению, могут быть созданы через два-три года с учетом того, что отечественные школы лингвистики и информатики все еще являются одними из лучших в мире.

Стратегия, построенная не на попытке догнать, а на опережающем развитии, обеспечивает бесспорное преимущество на рынке. Каждый такой виток развития - это глубокий кризис для "тяжеловесов", которым предстоит перестройка огромной, уже сложившейся индустрии. И уникальный шанс для аутсайдеров, первыми оценивших перспективу предстоящего поворота.

Программные ИТ остаются самым выгодным вложением венчурного капитала. Только это может в ближайшие годы обеспечить России доход, намного превышающий поступления от ее сырьевых ресурсов".

С.Стреж, кандидат технических наук: "Результаты отечественных фундаментальных разработок в области материаловедения свидетельствуют, что в России может быть создана принципиально новая элементная база на перспективных материалах, причем новые технологии получения электронных микроэлементов позволяют создать серийное производство элементной базы без использования отсутствующего у нас высокоточного оборудования, которое требуется для производства микросхем традиционным способом.

Настоящий момент для России является переломным. Перед ней стоят две альтернативы - или информационное рабство, которое превратится в рабство во всех сферах жизнедеятельности нашего общества, так как в современном мире силен тот, кто обладает информацией и умеет с ней работать, или принятие радикальных мер и коренное изменение расстановки сил в мировом пространстве технической информатики в свою пользу.

Государство может обеспечить рынок сбыта первых партий новых компьютеров путем переоснащения ими силовых структур, далее последуют другие секторы госучреждений, после чего - выход на свободный рынок".