Copyright © Журнал "Человек и Труд" № 8, 2003 г.
Виктор СУПЯН Доктор экономических наук, профессор Заместитель директора Института США и Канады РАНПо мере усиления глобализации мировой экономики все более важным фактором экономического, социального и демографического развития многих стран становится международная миграция.
В начале XXI в. Россия заняла заметное место в международных миграционных потоках. В последнее десятилетие прошлого века среднегодовая численность эмигрантов из РФ в страны дальнего зарубежья составила около 100 тыс. человек, в ближнее - страны СНГ и Балтии, ежегодно переезжало более 150 тыс. россиян. Еще большие масштабы приняла иммиграция в Россию (в основном из республик бывшего СССР): за период с 1989 г. в страну прибыло 7,8 млн. легальных мигрантов. Оценки численности "нелегалов" из СНГ и других государств варьируют - от 700 тыс. до 5,5 млн.
Влияние миграционных процессов на социально-экономическую и политическую жизнь нашей страны не однозначно - наряду с позитивными последствиями есть и негативные, среди которых, пожалуй, наиболее неблагоприятное явление - интеллектуальная эмиграция, т.е. выезд из страны ученых и специалистов высшей квалификации.
В экономическом плане принимающим странам (прежде всего развитым) иммиграция выгодна. В частности, широко известен вклад интеллектуальной иммиграции в развитие американской экономики. Достаточно сказать, что 40% из пришедших на рынок труда США в 80- и 90-е годы докторов наук в области инженерных и компьютерных дисциплин были иммигрантами; 25% преподавателей технических предметов в вузах - тоже иммигранты. По оценкам, проживающие в Соединенных Штатах иммигранты зарабатывали в середине 90-х годов более 240 млрд. долл. в год, выплачивая около 90 млрд. долл. в качестве налогов. В то же время американское государство тратит на социальное вспомоществование иммигрантам ежегодно порядка 5 млрд. долл. Ясно, что отдача, которую обеспечивает эта категория граждан в чисто денежном выражении, весьма высока, не говоря уже о том вкладе, который они вносят в развитие науки и техники.
На многих кафедрах точных и естественных наук в ведущих университетах Соединенных Штатов работают выходцы из России, в том числе академики и члены-корреспонденты РАН. По имеющимся данным, только в 1996 г. из 100 наиболее известных российских ученых в области естественных наук 50 - жили и работали за рубежом. Среди эмигрантов - такие выдающиеся ученые, как академики А.А. Абрикосов и Р.З. Сагдеев1. Тысячи российских программистов и других специалистов в области информационных технологий и компьютерной техники работают в компаниях Силиконовой долины, других технологических парках страны. В начале ХХI в. в США была даже учреждена Ассоциация русскоязычных специалистов в области программного обеспечения и компьютерных технологий, насчитывающая десятки тысяч членов.
Следует особо подчеркнуть, что официальные цифры иммиграции из России в США мало что говорят о реальных масштабах "утечки умов". Так, по официальным данным Службы иммиграции и натурализации США, в 2000 г. в страну на постоянное место жительство въехали 1,5 тыс. специалистов с высшим образованием. Реальная же цифра, если иметь в виду работу по контракту, выше на порядок.
Другой яркий пример преимущественно позитивного влияния иммиграции на экономику страны - Израиль, проводящий целенаправленную политику привлечения в страну евреев со всего мира. Во многом благодаря иммиграции научных и высококвалифицированных кадров Израиль вошел в число наиболее развитых в экономическом и научно-техническом отношении государств. Российская эмиграция, а также эмиграция из других бывших республик СССР, сыграла в этом исключительную роль.
Каковы для стран-доноров последствия эмиграции вообще и интеллектуальной в частности? Позитивным моментом являются финансовые переводы (трансферты) работников-мигрантов своим семьям, а также определенные платежи в бюджеты своих стран. По имеющимся данным, в ряде случаев такие перечисления достигают весьма заметных величин. Так, масштабы переводимых доходов составили в середине 90-х годов для Пакистана - более 3% ВВП, Бангладеш - 4%, Ямайки - свыше 5%, Шри-Ланки - 6,2%. По мнению экспертов, перевод, например, в Египет доходов эмигрантов в размере 2,8 млрд. долл. стимулировал создание дополнительного ВВП на сумму 6,8 млрд. долл., что составило 16% ВВП страны.
Что касается интеллектуальной эмиграции из развивающихся стран, то немало примеров, когда их ученые и специалисты, повысив свою квалификацию и поработав на Западе, по возвращении на родину (например, в Китай, Индию) закладывали национальные научные школы. Причем речь идет не только об ученых. Получив образование и поправив свое материальное положение, нередко репатриируют и представители других профессий: управляющие, врачи, строители, квалифицированные рабочие. Возвращаются на родину многие китайцы, корейцы, югославы, индийцы, турки. В частности, высокоразвитая ныне строительная индустрия в Югославии и Турции получила импульс к прогрессу благодаря бывшим эмигрантам, длительное время работавшим в Германии.
Безвозвратный отъезд специалистов высшей квалификации безусловно наносит ущерб экономическому и научно-техническому потенциалу страны-донора.
Масштабы трудовой эмиграции из России в целом не следует преувеличивать. Официальные данные свидетельствуют о тенденции к ее снижению (за 90-е годы - от более чем 100 тыс. до 70 тыс. человек в год). Это обусловливается, с одной стороны, некоторым улучшением экономической ситуации в России, с другой - существенными административно-законодательными ограничениями многих потенциальных стран-реципиентов, устанавливающих жесткие разрешительные квоты на въезд иностранной рабочей силы (правда, в большинстве случаев это не относится к специалистам высшей квалификации).
Кроме того, эмиграция из России, как, впрочем, и из многих развивающихся стран, ограничивается объективными экономическими условиями принимающих государств, спецификой их рынков труда. Поскольку в большинстве развитых стран достаточно высокий уровень безработицы (6-10%), резко усиливается конкуренция на рынке средне- и низкоквалифицированной рабочей силы. Вместе с тем уровень квалификации потенциальных мигрантов из России (за исключением ряда категорий ученых и инженеров, особенно в таких областях, как космическая и лазерная техника, кристаллография, биология, физика низких температур, математика, компьютерные технологии, программное обеспечение ЭВМ) не отвечает западным профессиональным стандартам.
Масштабы выезда на работу и постоянное место жительство ученых и инженеров из России в 90-е годы составляли, по оценкам, ежегодно около 8 тыс. человек (ученых - 4,5 тыс. человек). В среднем доля выехавших из страны ученых и инженеров во второй половине 80-х и в 90-е годы составляла около 2% их общего числа, что не превышает размеры выезда ученых из большинства развитых стран. Однако в отдельных областях науки, как уже отмечалось, процент уезжающих гораздо выше, причем в ряде случаев возникает угроза экономической безопасности страны.
В самом широком смысле экономическую безопасность можно определить как способность экономики обеспечивать эффективное удовлетворение общественных потребностей на национальном и международном уровне. В качестве важнейших структурных элементов экономической безопасности можно выделить: экономическую независимость; стабильность и устойчивость национальной экономики; способность к саморазвитию и прогрессу; экономическую взаимозависимость всех субъектов безопасности, на каком бы уровне те не находились - национальном, региональном или отраслевом, на уровне предприятия, общности, личности.
В чем проявляется влияние миграции на состояние экономической безопасности? Применительно к России можно выделить ряд аспектов, вызывающих особенную тревогу. ї Эмиграция научно-технических кадров, а также их уход в другие сферы деятельности создают угрозу деградации научно-технического потенциала; ї Поскольку внешняя миграция сопровождается вывозом и переводом капитала за рубеж, она может угрожать внешнеэкономическим и финансовым позициям страны-донора (в данном случае России); ї Миграции - прежде всего внутренние, межрегиональные, в том числе высококвалифицированных кадров, способны нанести серьезный урон региональным рынкам, экономическому и трудовому потенциалу территории и т.д.
Количественно оценить угрозы экономической и национальной безопасности, вызываемые именно интеллектуальной эмиграцией из России, достаточно сложно. Однако можно попытаться выявить причинно-следственные связи, выделив наиболее серьезные из них.
Во-первых, "утечка умов" из России, как бы не оценивать ее масштабы, усиливает наше технологическое отставание от наиболее передовых стран. Так, в 90-е годы, по оценке участников Мирового экономического форума в Давосе, среди 49 наиболее развитых стран Россия находилась на последнем месте по так называемому индексу технологий2. Если учесть, что интеллектуальная эмиграция происходит в основном за счет лучших и наиболее перспективных научных и инженерных кадров страны, то это безусловно усиливает угрозы экономической и научно-технической безопасности России.
Во-вторых, интеллектуальная эмиграция способна привести к разрушению отечественных научных школ, многие из которых занимали (и все еще занимают) ведущие позиции в мировой науке (например, математике, биологии). Проблему воспроизводства научных кадров могут серьезно обострить принявший массовый характер отъезд молодых ученых и аспирантов для работы за границу, а также невозвращение многих российских студентов, обучающихся за рубежом. Наряду с фактором "внутренней эмиграции" (уход ученых в секторы экономики, где можно иметь несравнимо более высокие доходы) "утечка умов", особенно из сферы фундаментальных исследований, где научные школы создавались многими поколениями ученых и развитие которых требует значительных финансовых ассигнований, способна привести к утрате целых научных направлений. Как показывает опыт некоторых стран (послевоенной Германии, например), воссоздание научных школ - дело гораздо более сложное, нежели восстановление разрушенного хозяйства. Кроме того, уровень многих сохраняющихся в стране научных школ из-за оттока наиболее перспективных кадров неизбежно станет снижаться.
Вероятно, для науки в целом более продуктивной является ситуация, когда ученые не уходят в другую сферу деятельности, даже в своей стране, а уезжают работать за рубеж. При этом они, как правило, сохраняют контакты с родиной, своими коллегами, участвуют в совместных проектах, международных научных конференциях. Часть из них, поработав по контрактам за рубежом, приобретя новый, часто весьма ценный опыт, возвращается домой.
Если оценивать "плюсы" и "минусы" интеллектуальной эмиграции из России, то, по нашему мнению, на нынешнем этапе негативные ее последствия явно превалируют над возможными положительными эффектами.
Какими в этой связи могут быть действия государства? Главным здесь, на наш взгляд, является осознание властью и обществом значимости науки, образования и научно-технического прогресса для будущего страны. Перед Россией стоит достаточно жесткая альтернатива: она либо продолжает курс на эксплуатацию природных ресурсов в качестве стратегической линии своего экономического развития и интеграции в мировую экономику, либо, не отказываясь, разумеется, от развития ТЭК, делает ставку на науку и научно-технический прогресс, на высококвалифицированные кадры, т.е.на ресурсы, которые пока еще продолжают оставаться одним из важных конкурентных преимуществ нашей страны.
Расходы на науку должны стать одним из приоритетов государственного бюджета, а их уровень не может составлять менее 2,5-3% ВВП. Очевидно, что только государственных ресурсов (при существующем ВВП - около 300 млрд. долл. и ограниченных масштабах федерального бюджета) будет явно недостаточно для изменения положения в науке. Необходимы и другие, возможно, нетрадиционные меры по привлечению частного капитала к финансированию научной деятельности, вплоть до введения специального налога, например, на доходы сырьевых компаний. Разумеется, частный капитал необходимо стимулировать к финансированию науки и образования прежде всего экономическими методами. Бизнес должен быть заинтересован как в организации собственных научных центров, так и создании разного рода благотворительных фондов для развития научно-технического прогресса и образования. Однако роль государства в возрождении отечественной науки, прежде всего фундаментальной, остается первичной.
В 90-е годы существенным фактором поддержки отечественной науки (а значит, предотвращения еще более масштабной эмиграции ученых из страны) была финансовая помощь иностранных благотворительных фондов. По данным исследования, проведенного Гарвардским университетом (США), около 17% всех научно-исследовательских работ в России в 90-е годы финансировались из-за рубежа. В ряде наиболее престижных научных центров доля зарубежного финансирования достигала 50%3. Разумеется, эти расходы не являлись благотворительными - значительная часть полученных научно-технических результатов уходила за рубеж. Поэтому чрезвычайно важной представляется выработка цивилизованных механизмов передачи научно-технической продукции, исключающих возможность возникновения угрозы для национальной экономической и научно-технической безопасности.
Еще одним аспектом противодействия угрозам национальной безопасности (вследствие расширяющейся интеллектуальной эмиграции) должна стать продуманная политика государственного регулирования в этой области. Само собой, речь не может идти о каких-либо ограничениях в выборе места жительства и работы того или иного специалиста (за исключением случаев, связанных с сохранением государственной тайны).
Государству необходимо выработать политику более активного вовлечения российских ученых и специалистов в международное научно-техническое сотрудничество, программы получения научных степеней, в кооперацию с научно-исследовательскими фондами развитых стран, в развитие международных научно-исследовательских проектов. Главное здесь опять-таки состоит в том, чтобы по достоинству оценивать национальные научные кадры у себя в стране, стимулировать их к работе на родине, не препятствуя в то же время активным международным обменам и сотрудничеству.