Экономическая политика

В международной экономике, международной торговле, мировом разделении труда происходят сложные процессы глобализации и специализации товарного производства и рынка услуг. Все более очевидной становится тенденция концентрации производства услуг в странах с развитой экономикой и перенос товарного производства в страны, где оно наиболее оптимально с точки зрения текущих требований национальных законодательств, стоимости рабочей силы и других благоприятных для товарного производства факторов. Правила мировой торговли глобализируются.

Сегодня в формировании этих правил активно участвуют 144 государства, объединенных в ВТО. Их доля в мировом торговом обороте составляет более 96%. Таким образом, правилами ВТО не регулируется лишь 4% мировой торговли, из которых 1,5% приходится на Российскую Федерацию.

Можно не присоединяться к ВТО и попытаться выстроить российскую торговую систему и экономику как некий изолированный остров в океане глобальных процессов, происходящих в мире. Можно попытаться сформировать региональный рынок со странами-нечленами ВТО, допустим, с участниками ЕвраАзЭС, хотя и там уже есть "раскол" - Киргизия недавно стала членом ВТО. Однако на сегодняшний день в российском товарообороте доля стран-членов ВТО превышает 85%. На долю стран СНГ-нечленов ВТО, если исключить Молдавию, также присоединившуюся к этой организации, и Киргизию, приходится 15% нашего торгового оборота.

Если мы понимаем, что не в состоянии выстроить свой локальный, или региональный, торговый рынок (во всяком случае, на сегодня это невозможно), значит, нужно говорить о вступлении в ВТО. Либо мы играем на чужом поле по чужим правилам, не участвуя в выработке правил международной торговли, в регулировании этого рынка, либо мы полноправно входим в состав этого клуба и отстаиваем национальные интересы при установлении правил мировой торговли.

В какие сроки и на каких условиях? Это действительно серьезный вопрос, который является дебатируемым, в том числе и на заседаниях правительства. На какой стадии переговорного процесса мы находимся? На данный момент мы ведем переговоры одновременно более чем с 60 странами.

Говоря о процессе глобализации, принято выделять четыре основные сферы: перемещение рабочей силы (рынок труда); перемещение капитала; предоставление и перемещение услуг; перемещение товаров. Выделяется еще и пятое направление - так называемые системные вопросы, которые затрагивают правила регулирования, условия доступа, условия предоставления субсидий со стороны государства и так далее.

Имея в виду эти четыре сферы, чем чревато для России присоединение к ВТО и каковы действия правительства в связи с этим?

Открытие рынка труда. На нынешнем этапе данный вопрос не рассматривается в качестве предмета переговоров в рамках ВТО. В основном эта тема обсуждается при создании локальных, межстрановых союзов, таких как ЕС, Панамериканская группа и т.д.

Сегодня дискуссионной является проблема так называемого социального демпинга. Это новый вопрос, который внесен в повестку дня нового раунда переговоров по ВТО. Речь идет о том, что в расчеты при антидемпинговых процедурах в качестве социальной субсидии могла бы быть заложена разница в оплате труда между странами. Понятно, что для нас это очень болезненная мера. Именно поэтому, в том числе, мы заинтересованы участвовать в новом раунде переговоров как члены ВТО, чтобы отстаивать свои интересы.

Либерализация рынка перемещения капиталов. На наш взгляд, эта проблема для России не очень острая, так же как и проблема открытия рынка услуг. Что имеется в виду? Какие секторы традиционно называются чувствительными? В первую очередь банковских услуг, услуг в области телекоммуникаций и связи, страховых услуг. Насколько мы можем их открыть? В нашей переговорной концепции сформулирована очень жесткая позиция. Мы предлагаем такие ограничения для иностранцев, которых в российском законодательстве нет и никогда прежде не было. Например, ограничение участия в уставном капитале финансовых организаций (не более 15% и через пять лет - не более 30%).

Перемещение товаров и товарного производства. Безусловно, эта часть, наиболее нас волнующая. Здесь мы должны сделать все возможное, чтобы при вступлении России в ВТО максимально учитывалась сложившаяся в стране структура промышленного и товарного производства.

На заседаниях правительства вопросы, связанные с вступлением в ВТО, детально обсуждаются. Выделены отрасли, ключевые с точки зрения необходимости их подготовки к международной конкуренции. Это ОПК, сельское хозяйство, автомобильная, авиационная промышленность, металлургия (цветная и черная).

Какие изначальные подходы определило правительство для переговорщиков при формировании нашего предложения странам- членам ВТО? Один из первых принципов - неухудшение сложившейся ситуации. По всем позициям защитные меры, обозначенные в нашем предложении, соответствуют либо выше тех уровней импортных таможенных тарифов, которые имеются на сегодняшний день. Причем сохраняются экспортные таможенные тарифы, что для участников ВТО - нонсенс, потому что во многих странах экспорт субсидируется. У нас же количество позиций, по которым взимаются экспортные пошлины, превышает 200. По некоторым из них это объясняется сложившейся структурой экономики (в первую очередь речь идет об углеводородном сырье). По ряду позиций, прежде всего связанных с производствами, где степень добавленной стоимости высока, мы постепенно уходим от экспортных тарифов.

В принципе экспортная составляющая не регулируется правилами ВТО, однако ряд стран, с которыми мы сейчас ведем переговоры, говорят нам о необходимости отмены экспортных пошлин, в первую очередь на энергоносители, и выравнивании внутреннего и внешнего тарифов. Это замечание мы сразу же выводим за рамки переговорного процесса, поскольку такой подход для нас неприемлем в силу сложившейся структуры товарного производства: для адаптации российской экономики к новым условиям потребуется не менее 10-15 лет.

Очевидно, что в чем-то в переговорах нам придется уступить. Но напомню: в рамках ВТО есть так называемые имплементационные - переходные - сроки (до восьми лет). Речь идет о том, что мы берем на себя обязательства по так называемому первоначальному уровню связывания после вступления в ВТО, т.е. уровню тарифов сразу же после вступления в эту организацию, и окончательному уровню связывания, к которому мы должны привести тарифную защиту после окончания имплементационного срока. И сроки, и первоначальный, и конечный уровень связывания тарифов являются предметом очень жарких дебатов в ходе наших переговоров по ВТО.

В рамках Всемирной торговой организации существует также правило присоединения к так называемым необязательным соглашениям - условиям "ВТО плюс". Это, когда, например, к Российской Федерации предъявляются требования, которые не предъявлялись прежде к другим странам, в том числе соглашения по авиации, по телекоммуникациям. Мы говорим, что данные отрасли чрезвычайно чувствительны для развития российской экономики и к таким соглашениям сейчас мы присоединяться не будем.

Правительство разработало комплекс мер по авиационной промышленности, что, кстати, нашло отражение в бюджете текущего года. В течение 2002 г. в эту отрасль впервые будет проинвестировано только государственных средств на сумму свыше 6 млрд.руб. Будут созданы механизмы лизинга, проведена реструктуризация и т.д.

В 2001 г. утверждены программы реструктуризации ОПК, сельскохозяйственного сектора. В этом году правительство рассмотрит меры по оздоровлению таких секторов, как автомобилестроение, лесная, перерабатывающая промышленность в лесном секторе. Собственно говоря, эти меры будут связаны, в том числе и с их протекционистской защитой, и с созданием механизмов кредитования, субсидирования кредитных ставок, для того чтобы максимально быстро подготовить эти отрасли к международной конкуренции.

Многие сейчас задают вопрос: что произойдет после полного открытия рынка Российской Федерации? Хотел бы сразу же подчеркнуть, что полного открытия отечественного рынка не будет. Страны-члены ВТО имеют право использовать механизм защиты своего внутреннего рынка, т.е. импортные таможенные тарифы. Приведу примеры по секторам, которые мы называем чувствительными.

Сельское хозяйство. Регулируются три позиции. Первая - уровень тарифной защиты. По всему спектру сельскохозяйственного производства он будет выше нынешнего. Вторая позиция - уровень государственных субсидий. На сегодняшний день государственные субсидии сельскому хозяйству из бюджетов всех уровней составляют около 2 млрд. долл. Та позиция, которую мы заявили, - 16,2 млрд. долл. - в восемь раз превышает имеющийся уровень. Наверное, нам придется снизить эту цифру. Но она все равно будет достаточно высокой, чтобы на очень длительную перспективу обеспечить возможность таких субсидий. В странах-членах ЕС объем субсидий составляет от 30 до 40 млрд. долл., и мы не можем ставить себя в заведомо не выигрышное положение.

Автомобильное производство. На сегодняшний день уровень тарифной защиты этого сектора составляет в среднем порядка 25%, в нашем предложении ВТО заявлено 30%. Конечно, желание отечественных автомобилестроительных компаний понятно и формулируется совершенно открыто. Они говорят: давайте установим уровень тарифной защиты, как в Китае, - более 100%. Но, во-первых, Китай сейчас понижает его. Во-вторых, нам нужно исходить из интересов тех, кто от этого пострадает, - населения страны. Если мы поднимем пошлины на 100%, не думаю, что такого рода действия будут им одобрены. Вспомните, какую реакцию вызвало некоторое повышение пошлин на подержанные иномарки, хотя оно носит в большей степени экологический характер, нежели протекционистский.

Сегодня против Российской Федерации применяется свыше 120 антидемпинговых процедур. По оценкам, ежегодный ущерб, наносимый ими, превышает 4 млрд. долл. А еще пять лет назад против нас было применено менее 30 подобных процедур. Каждый год отсрочки, каждый год невступления в ВТО приведет к тому, что их количество будет увеличиваться.

Серьезный аргумент наших оппонентов: после вступления в ВТО антидемпинговые процедуры не устраняются - в рамках ВТО такая практика существует. Однако в случае присоединения к этой организации мы будем включены в общую систему правил международной торговли и сможем адекватно защищать каждое российское предприятие. Ныне к нам применяются правила, относящиеся к странам с нерыночной экономикой, и общие нормы субсидирования - как к странам с так называемой суррогатной экономикой. Зачастую они чрезвычайно несправедливые, поскольку не учитывают, что немало российских предприятий имеют совершенно рыночный характер и не получают никаких дотаций из бюджетов всех уровней.

Каждый год отсрочки вступления в ВТО - это проблема и с точки зрения ежегодного присоединения к ней новых стран, что усложняет переговорный процесс. До сих пор, например, не получен пакет предложений к Российской Федерации от Китайской Народной Республики. Чем дольше затягивается процесс вступления, тем сложнее нам будет отстаивать свои интересы. Потому что чем позже страна вступает в эту организацию, да еще если она представляет собой интересный рынок, тем более жесткие требования к ней предъявляют.

В данный момент у нас неплохая перспектива в первую очередь из-за доброжелательной политической атмосферы, сложившейся вокруг России. Используя механизмы согласования со странами, являющимися нашими торговыми партнерами, мы сможем эффективнее защищать интересы отечественных производителей.

Высказывается опасение, что вступление России в ВТО приведет к дефолту. Обоснование следующее: количество импортных товаров в Российской Федерации и уровень реализации их на рынке резко возрастут; импортеры будут конвертировать рубли в доллары, евро и вывозить их за границу. Как же правительство сможет платить по внешним долгам, если вывоз валюты из России увеличится?

По поводу новых дефолтов я бы сказал так: в среднесрочной перспективе мы не просматриваем возможности возникновения дефолтов. В долгосрочной перспективе, надеюсь, политика российских властей будет разумной и такого рода инцидентов больше не случится. Наше население еще раз не простит подобных экспериментов власти - ни законодательной, ни исполнительной.

Что касается связи между вступлением в ВТО и дефолтом, то повторю: нынешний уровень тарифной защиты не снизится, все чувствительные позиции будут адекватно защищены. Если же мы этого сделать не сможем, то тогда вступление России в ВТО не состоится.

В последние годы страны прикладывают колоссальные усилия для того, чтобы закрепиться на международных рынках. Ведь недаром китайцы потратили столько усилий в последние годы, чтобы вступить в ВТО. Кстати, в КНР процессом регулирования внешнеторговых отношений сегодня занимаются 1,5 тыс. человек, в США - 3 тыс., в РФ - 46 человек. Хотел бы подчеркнуть, что переговоры ведет не Министерство экономического развития и торговли. Это так называемый секторальный процесс. Если проводятся переговоры по доступу, скажем, на рынок сельскохозяйственной продукции, то главными субъектами переговорного процесса являются Министерство сельского хозяйства и отраслевые союзы; если - на рынки стали, то - Металлургический союз и т.д. Переговорщики не вправе вольно определять уровень ставок, субсидий и т.д. Каждый раз новая переговорная позиция утверждается Правительством РФ.

Подчеркну, присоединение к ВТО - не самоцель. И президент, и правительство ставят перед нами задачу вступить в ВТО на приемлемых для России условиях. Если эти условия окажутся не приемлемыми, значит, о вступлении в ВТО речи быть не может.

ВТО - средство для вписывания России в международную систему разделения труда, в международную интеграцию.