Сергей Носов: "Если грамотный менеджмент подкреплен доверием людей, успех обеспечен"

В том, что экономика демонстрирует рост, большая заслуга новой генерации руководителей предприятий. Один из них - гендиректор Нижнетагильского металлургического завода Сергей Носов, представитель знаменитой на всю страну династии металлургов, основанной его прадедом - уральским литейщиком Иваном Носовым, продолженной дедом Григорием Носовым, легендарным директором Магнитки в годы войны, отцом Константином Носовым, много сделавшим для развития отечественной металлургии.

Карьера Сергея Константиновича в чем-то типична, в чем-то уникальна: после института прошел на Магнитке все ступеньки - от подручного сталевара до первого заместителя гендиректора. В 1998 г. талантливый управленец был приглашен возглавить НТМК в трудный для комбината период. Сказать что предприятие, ведущее свою родословную аж с демидовских времен (тагильский металл с клеймом "Старый соболь" был известен на весь мир), находилось в жесточайшем кризисе, значит, не сказать ничего. 30-тысячный гигант, входящий в двадцатку крупнейших сталелитейных компаний мира, парализованный бездействием неумелого руководства и отягощенный миллиардными долгами, на всех парах несся на рифы банкротства. Задолженность по зарплате в 1998 г. достигала восьми месяцев. Из шести доменных печей работала одна, коксовые батареи были близки к коме. Процветало воровство. Однажды, например, "растворились" 18 вагонов с железнодорожными рельсами.

Для вывода комбината из крутого пике, налаживания устойчивой работы и завоевания доверия у коллектива новому руководителю понадобилось несколько месяцев. Сначала было восстановлено управление, налажена дисциплина, начало оживать производство. Уже ко Дню металлурга в июне 1999 г. долги по зарплате были погашены. Вскоре удалось реструктурировать и задолженность перед кредиторами. Стабилизировав ситуацию, Носов не мешкая приступил к осуществлению разработанной вместе с коллегами программы технического перевооружения НТМК по всем основным переделам.

Дальнейшие события лишь подтвердили дальновидность и правоту действий Носова. "Момент истины", наступивший в тендере на строительство трубопрокатного стана-5000 расставил все точки над "i": лучше других к реализации "проекта века" оказались готовы нижнетагильские металлурги.

Сергей Константинович, какие факторы обусловили вашу победу? Почему, несмотря на безоговорочное поражение, не унимаются конкуренты, считая результаты конкурса недостаточно объективными и даже случайными?
Сначала развею преувеличенные журналистами слухи о победе Нижнетагильского меткомбината. Трубы для газопроводов будет производить не НТМК, а специально созданное под проект АО "Завод по производству ТБД". Доля комбината в его уставном капитале больше, чем у "Газпрома" (19,9%), но меньше, чем у другого акционера - швейцарской фирмы "Дюферко" (30%). Она такая же, как у государства, - 25% плюс одна акция. То есть это вполне самостоятельное коммерческое предприятие, способное привлекать средства иностранных инвесторов.

Какая роль в таком случае отводится комбинату?
Ведущая. Мы подготовили для нового АО производственную площадку, административный блок, компрессорные и насосные станции, другие объекты. Будем поставлять ему свой металл, лучше других подходящий для производства газопроводных труб. Уникальная тагильская сталь, природно легированная ванадием, из которой будет кататься 5-метровый лист для одношовной 18-метровой трубы, способна продлить жизнь последней до 35-40 лет.

Кстати, это обстоятельство наряду с другими - явными и неоспоримыми, в том числе и географическими, - преимуществами были определяющими при принятии решения о прописке стана-5000 в Нижнем Тагиле... 20 лет назад. Своего рода воспоминания о будущем, не правда ли? Тогда у страны не хватило ресурсов на осуществление этого гигантского проекта. Но ведь с того времени Урал не отодвинулся от Сибири. А "Северсталь" и другие участники тендера, расположенные в европейской части страны, ни на метр не приблизились к северу Тюменской области - основной зоне строительства и реконструкции магистральных газопроводов. Какова цена геофактора? Десятки, если не сотни миллионов долларов: транспортировка одной тонны тагильской трубы по сравнению с череповецкой или осколькой обойдется тюменским газовщикам на 30 долл. дешевле. Свою роль сыграл и оборонный фактор. Новый стан способен катать и броневую сталь, потребители которой - "Уралмаш", "Уралвагонзавод", другие предприятия уральского ВПК - находятся тоже нее за тридевять земель. Так что говорить сегодня о какой-то случайности выбора по меньшей мере не корректно.

К сожалению ли, к счастью ли, но когда в 1999 г. был объявлен тендер на размещение стана-5000, нас никто не лоббировал ни в правительстве, ни в администрации президента. В отличие, кстати, от других комбинатов, лоббистские возможности которых заставляли конкурентов чуть ли не загодя выбрасывать белые флаги. Не стали мы искать и высоких покровителей, а занялись кропотливой работой над бизнес-проектом, которым удалось убедительно доказать: Нижний Тагил - единственно правильный с технической, технологической и экономической точек зрения выбор. Дело даже не столько в том, что размещение стана в нашем городе снизило стоимость проекта на 120 млн. долл. Не менее убедительными оказались расчеты и доводы, демонстрирующие уровень влияния нового завода на экономику и жизнь Свердловской области.

Над проектом работали лучшие специалисты Свердловской области и Центрального НИИ черных металлов. Придирчиво рецензировали документ те, кто еще недавно стоял у руля отечественной металлургии, в том числе бывший руководитель Минчермета С.Колпаков, возглавляющий сегодня Международный союз металлургов.

Окончательное решение принималось на совещании в правительстве с участием президента. И здесь ставка на "своих людей" в Кремле и Белом доме сыграла с нашими конкурентами злую шутку. В.Путин предпочел выслушать не лоббистов, а специалистов, аргументированные доводы которых решили исход дела. Да, информационное давление на нас не прекращается. Однако в войне, ведущейся без правил и требующей много денег и сил, мы не участвуем. Жизнь рассудит: кто был прав, а кто - нет.

Что дает реализация проекта Нижнему Тагилу?
Нашему почти полумиллионному городу он поможет наладить нормальную жизнь, о которой за последние десять лет здесь почти забыли. Это обстоятельство - одно из основных, побудивших нас ответственно и собранно подготовиться к конкурсу, что в конечном счете и предопределило наш успех.

Теперь о самом проекте. Он предусматривает строительство и установку завода с полным циклом - от собственно стана-5000 и трубопрокатного агрегата (который будет "сворачивать" 5-метровые листы в трубы диаметром 1420 мм) до линий по нанесению покрытий. Его заявленная стоимость - 880 млн. долл. Планируемый ввод в эксплуатацию - 2005 г. Мощность - 600 тыс.т труб большого диаметра и 400 тыс.т листового проката в год. Срок окупаемости - пять лет. Что касается его "сердца" - установки непрерывной разливки стали, которая будет производить слябы для стана-5000, то недавно мы подписали контракт на ее строительство и монтаж "под ключ" с известной австрийской фирмой "Фест Альпине", предоставившей НТМК не только свою технологию, но и инвестиционный кредит в размере 81 млн. евро на семь лет.

Когда будет получена первая заготовка для трубы?
Через 20 месяцев, в начале 2003 г. Безусловно, в строительстве и монтаже МНЛЗ № 4 будут участвовать и отечественные специалисты. Нам удалось добиться от иностранных партнеров согласия на то, что 30% оборудования и услуг будут российского происхождения. Тем самым уральские машиностроительные, строительные, монтажные компании, проектные институты, изготовители металлоконструкций и электрооборудования получат выгодные заказы и обеспечат хорошо оплачиваемой работой 50-60 тыс. человек. С ОАО "Уралмашзаводы" уже заключен договор на инжиниринг и поставку всего грузоподъемного и общезаводского оборудования для строящегося агрегата. Это первая попытка такого рода кооперации иностранных инвесторов с машиностроительным флагманом Урал. Если она окажется удачной (а мы в этом не сомневаемся), то в будущем при заключении контрактов с западными фирмами правомерно требовать увеличения доли участия россиян в их реализации. Что же касается "Уралмаша", то у него после выполнения всех контрактных обязательств появится прекрасная возможность громко заявить о себе на мировом рынке тяжелого машиностроения.

"Северсталь" реализует собственную программу в рамках проекта "Ижорский трубный завод", выкупив у "Ижорских заводов" бывший в употреблении стан-5000 и пустые цеха с подъездными путями. У Мордашова есть форвардный контракт с Вяхиревым на семь лет. Не получится ли так, что кто-то из вас окажется не у дел?
Правду об объемах спроса на трубы знает лишь один "Газпром". Но если учесть, что газовый монополист намеревается в течение десяти лет инвестировать в развитие трубопроводной сети России 20 млрд. долл. (а половина этих средств как минимум должна пойти на закупку - примерно 1-1,5 млн. т труб), то никакого трубного перепроизводства не будет. Весь вопрос в том: какую трубу собирается выпускать "Северсталь"? Ведь что собой представляет производственная база "ижорского проекта"? Устаревший жесткий стан, требующий ремонтных и переналадочных работ, и до сих пор не расконсервированное, эксплуатировавшееся в течение 25 лет трубосварочное производство, которое в качестве взноса предоставит "Северстали" компания "Europipe" - владелец контрольного пакета будущего завода. Закупаемая у немцев трехвальцовочная технология скручивания листа - вчерашний день, поскольку она не предусматривает производство 18-метровых труб, требуемых "Газпрому" для минимизации расходов по сварке на магистралях. Кроме того, она не позволяет использовать 45-миллиметровый лист-заготовку и, как следствие, не дает возможность сваривать трубу, выдерживающую давление до 75 атмосфер. То есть при прокладке труб в сверхагрессивных средах, например на шельфе Ледовитого океана, где расположены самые перспективные газовые месторождения, они не годятся.

Это мнение не только российских специалистов. Аналогичная точка зрения и у германских экспертов. Недавно я был в Дюссельдорфе, где знакомился с трубным производством SMS DEMAG, аналогичным тому, что будет построено в Нижнем Тагиле. Там же находился гендиректор "Europipe", которому я задал прямой вопрос: трубы, изготовленные по какой технологии, более пригодны для российских условий? В присутствии большого числа немецких и российских коллег (отдаю должное его порядочности и честности) он вынужден был признать - "дюссельдорфская" технология совершеннее "дивенгенской", то есть той самой, по которой собирается производить трубы "Ижорский завод".

Но почему тогда упорствует "Северсталь"?
Дело не в упрямстве "Северстали", а в позиции хозяев "Europipe" - главного поставщика ТБД для "Газпрома". Перспектива потерять ежегодный миллиардный трубный заказ из России вынудила ее владельцев (германские сталелитейные гиганты "Манессман" и "Тиссен", французскую "Usinor") пойти на контакт с череповецкими металлургами.

Ну а если "Северсталь" после переоборудования трубопрокатного стана (которое то ли намечается, то ли уже идет) все же начнет выпускать трубу необходимых кондиций?
Если бы "Газпрому" была нужна труба, которую может сделать "Северсталь", он бы и сейчас покупал ее у "Europipe". Но этого не происходит, потому что есть более совершенная технология. Именно та, которую мы собираемся использовать. Причем качество нашей продукции будет выше, а цены - ниже. Нет, "Газпром" никто не "нагибает": не та это организация, которую можно заставить что-либо делать не по своей воле. Он готов покупать у нас трубы, но на определенных условиях и по определенным правилам, которые нас тоже устраивают. Ижорские же трубы, видимо, будут использоваться при прокладке ответвлений газопроводов, работающих в умеренном климате и при стандартных давлениях, а также в региональных и местных ответвлениях магистральных трубопроводов.

Говорят, что, не появись вы на НТМК в 1998 г., ни о какой прописке стана-5000 в Нижнем Тагиле и речи бы не было?
Сейчас не важно, кому принадлежала идея размещения завода в нашем городе. Главное - ее удалось реализовать: в марте подписаны учредительные документы, кредитный договор на МНЛЗ № 4 и дан старт строительству завода.

Что труднее: вытаскивать НТМК из прорыва или побеждать в тендере?
Я бы не стал сравнивать. Для преодоления кризиса требовались одни методы, средства и усилия, для победы в конкурсе - другие.

Вы ведь попали на НТМК сразу после дефолта?
Да, в ноябре 1998 г. я приехал на комбинат. Сразу пошел по цехам. Поразила атмосфера какой-то тотальной обреченности и неверия людей в собственные силы. Производство едва дышало. Коллектив захлестывали пьянство и травматизм. Тащили все, что могли. О зарплате давно забыли. Я рассказал рабочим без утайки о финансовом положении, поделился соображениями о том, как собираемся выводить комбинат из кризиса, заверил, что долги по зарплате погасим в течение года. Никто, естественно, мне не поверил. Настроение в коллективе стало меняться, когда люди начали регулярно получать положенную зарплату. Тогда и стало возникать доверие, вырабатываться общий язык, формироваться справедливая требовательность к качеству выполненной работы. Это вранье, когда говорят, что наши люди не умеют и не хотят работать. Еще на Магнитке я убедился: руководитель обязан говорить правду, ничего не скрывая, только тогда рабочие поверят тебе, в собственные силы, и дело пойдет на лад.

Что за причины лежали в основе кризиса, поразившего комбинат в середине 90-х?
В первую очередь - ошибочная техническая политика. Ухнув на реконструкцию свыше 700 млн. долл., прежнее руководство не смогло ни получить должной отдачи, ни вернуть полученный кредит. Разрушала производство и раздробленность комбината на десятки мелких самостоятельных структур. Неадекватными интересам НТМК были и отношения с поставщиками и потребителями. Добили предприятие беспорядок в экономике, финансах, неумение жить по средствам. В свое время на Магнитке тоже не обошлось без модного поветрия: насоздавали столько "дочек", что чуть не потеряли контроль над производством и финансовыми потоками. Хорошо, что вовремя спохватились. Мне довелось заниматься их объединением и поэтому, используя имеющийся опыт, довольно быстро удалось восстановить рычаги управления. К сожалению, мы крепки задним умом и только сегодня поняли, что черная металлургия не может эффективно функционировать без жесткого прямого подчинения. Любые сбои в этой схеме больно бьют по производству, а подчас ведут к кризису. Часть доставшихся от прежних времен структур надо было ликвидировать, следовало изменить стиль и методы управления. Но ломать всю систему в угоду псевдохолдингизации - большая ошибка.

Когда вы почувствовали, что кризис позади?
В конце 1999 г. Нам удалось стабилизировать производство, укрепить финансовую и технологическую дисциплину, добиться выполнения обязательств перед потребителями, увеличить объемы реализации проката. Впервые за последние годы появилась прибыль. До 8% возрос и уровень рентабельности, что весьма неплохо для предприятия, у которого в 1997 г. он был минус 12%. Взятый темп мы выдержали и в 2000 г., удвоив объемы продаж. Надеюсь, что эта динамика сохранится и в нынешнем году.

Какое место в металлургическом комплексе страны занимает компания сегодня?
В черной металлургии есть два отдельных рынка - рынок плоского (листового) и длинного (строительного и железнодорожного) проката. НТМК - крупнейший производитель рельсов, колес, осей, "хребтовых" балок для железнодорожного транспорта, швеллеров, двухтавров, других изделий для промышленного и гражданского строительства, машиностроения, горно-рудной и цеметной промышленности. Широкополочные и колонные профили - сортамент крупнейшего в Европе и единственного в России цеха по выпуску широкополочных балок. Мощности комбината позволяют выпускать до 800 типоразмеров проката из более чем 150 марок стали. Уникальность НТМКи еще и в том, что он единственное в стране метпроизводство, перерабатывающее сырье с Качканарского ГОКа в сталь и ванадиевый шлак, который тоже пользуется устойчивым спросом на рынке.

Большая доля продукции идет на внешний рынок?
50% всего проката мы поставляем за рубеж. К сожалению, в основном это так называемая заготовка. Исторически сложилось, что на комбинате нет ни цеха оцинковки, ни других современных производств, где мы могли бы перерабатывать слябы в необходимую для потребителя продукцию.

Но ведь недавно в Англии был отправлен целый состав железнодорожных колес.
Да, партию тагильских колес приобрел лондонский метрополитен: впервые с демидовских времен англичане стали нашими партнерами. Первые отзывы на нашу продукцию благожелательные, думаю, сотрудничество продолжится. Есть интересные предложения и с североамериканского рынка. Железнодорожные компании США и Канады удовлетворяет качество тагильских рельсов и колес. Единственное, что их не устраивало - отсутствие на комбинате системы контроля за обеспечение качества металлопроката, соответствующей западным стандартам. В прошлом году она была разработана и успешно прошла международный сертификационный аудит. В ближайшее время такая же система будет создана для огнеупорного и коксохимического производств.

Как вы оцениваете перспективы мирового рынка?
Они не слишком утешительны для нас. Приближается циклический спад и цены, видимо, "завалятся" на 15-20%. Поэтому-то нам и необходимо сосредоточиться на производстве толстолистовой стали и трубной заготовки, рельсов, колес и балки. Что касается внутреннего рынка, то, дай бог, чтобы он удержался на сегодняшнем уровне. Возможности МПС практически исчерпаны, и поэтому основные надежды связываем со строительными компаниями.

Насколько эффективной в этой ситуации может быть концепция вертикальной интеграции, реализуемая многими меткомбинатами?
В условиях неразвитого рынка это как раз то, что нужно нашей отрасли, комбинату и "Еврахолдингу", в который мы входим. Сегодня "строительство" вертикали идет полным ходом. Холдинг активно скупает угольные и рудные активы, дабы контролировать цены на сырье. Дело в том, что затраты на уголь и железную руду в структуре стоимости проката составляют почти половину. Остальное - расходы на электроэнергию, газ, транспортировку, зарплату и т.п. Понятно, что влиять на тарифы "Газпрома", РАО "ЕЭС" и МПС мы не в состоянии, поэтому пытаемся добиться хотя бы бесперебойного снабжения углем и рудой по приемлемым ценам.

Удается?
По сравнению с нашими соседями - Магниткой и "Мечелом" - у нас нет проблем ни с углем, ни с рудой. Качканарский ГОК - не собственность "Евразхолдинга", он обладает лишь небольшим пакетом акций ГОКа. Однако это не мешает нам быть ответственными партнерами и успешно работать с горняками, в том числе и в рамках натурального обмена. Скажем, за 10 т руды мы расплачиваемся одной-двумя тоннами проката.

Последние события, связанные с переделом собственности на Качканарском ГОКе, каким-то образом сказались на деловых контактах?
Нет, потому что всякий, кто бы ни владел акциями ГОКа или ни руководил этим комбинатом, прекрасно понимает: НТМК - единственный крупный потребитель его продукции. К тому же мы так жестко связаны спецификой производственных технологий, что существовать друг без друга не смогли бы.

Озабочены ли вы задачами кооперации с перерабатывающими предприятиями?
В ближайшие годы внутренний рынок станет более выгодным, чем внешний. Поэтому часть полуфабрикатов, предназначенных для экспорта, целесообразнее перерабатывать в годовую продукцию (вагоны, стройматериалы и т.п.) и реализовывать российским потребителям. Сейчас идут переговоры с предприятиями, желающими с нами сотрудничать, отрабатываются "правила игры".

Не грозит ли компании новый передел собственности?
Все скандалы с дележкой собственности НТМК - в прошлом. "Евразхолдингу" и тесно сотрудничающими с ним иностранными фирмами, в том числе крупнейшему мировому трейдеру - швейцарской "Дюферко", принадлежит более 75% акций комбината. Десять из одиннадцати членов совета директоров НТМК - их представители. В начале приватизации у трудового коллектива было порядка 50% акций; однако сегодня осталось не более 7%. В тяжелые для завода дни их продажа для многих работников была чуть ли не единственным источником дохода.

Вы одновременно и топ-менеджер, и владелец предприятия (вам принадлежит часть пакета акций ЗАО "Группа Евразхолдинг"). Как вам удается быть единым в двух лицах, и кем вы в большей степени ощущаете себя?
Управленцем, который в ответе за 30-тысячный коллектив, гигантское сложнейшее производство, за устойчивое развитие комбината, экономику, финансы, поставки, сбыт, реализацию проекта стан-5000... Ощущаю ли я себя собственником? В классическом западном понимании этого слова скорее нет, чем да.

Что вы вкладываете в понятие "социальная ответственность" крупного бизнеса?
Мне очень повезло. Я видел, как работали с людьми мой отец и директор Магнитки Иван Харитонович Рамазан. Более уважитльного, бережного и одновременно требовательного отношения к работникам я не встречал нигде. От отца я впервые услышал поговорку: "Нет плохих солдат, есть плохие генералы". Если в советское время с ней еще можно было поспорить, то сейчас она актуальна, как никогда. Кто, скажем, довел комбинат до ручки? Рабочие? Нет, прежние акционеры и руководители! В России очень много недобросовестных собственников, не желающих понимать, что за акциями стоит предприятие, где работают живые люди. Для них, нацеленных на чистоган, понятие "социальная ответственность" - пустой звук. Однако немало и таких, кого не надо "агитировать" и кто сознательно вкладывает деньги в жилье, больницы, культуру, спорт... Я отношусь к последним.

В чем суть зарплатной, кадровой и социальной корпоративной политики? Насколько оправданы дополнительные непроизводственные расходы в условиях жесточайшей конкуренции, когда на первый план выходит тотальная минимизация затрат?
Сегодняшний уровень средней зарплаты на НТМК невелик - 4,5 тыс. руб. До конца года поднимем его в полтора раза - до 6 тыс. руб. На большее, к сожалению, не хватит ресурсов. В текущем году предстоит выплатить 247 млн. руб. в счет реструктуризированного долга в размере 5,5 млрд. руб. и изыскать положенную по Уставу долю средств на финансирование строительства нового завода.

Это не означает, что мы оставляем работника один на один с непростой действительностью. Нам удалось сохранить не только все лучшее из дореформенной "социалки", но и трансформировать социальную программу НТМК в одну из самых эффективных в отрасли. Отремонтировали и реконструировали все детские садики (часть из них даже вернули с городского на свой баланс), санатории, профилактории, летние лагеря, дворец культуры. Недавно построили уникальный, оборудованный самой современной медицинской техникой детский оздоровительный комплекс "Звездный" на 210 мест. Этим летом, как и в прошлые годы, 1200 детей металлургов отдохнут и поправят здоровье в Крыму.

Ежеквартально всем пенсионерам комбината выплачиваем по 200 руб. К 55-летию Победы 100 ветеранам войны вручили ключи от машин "Ока". За счет собственных средств погасили долги по детским пособиям, тянущиеся аж с 1997 г. Помогаем инвалидам, попавшим в беду, нуждающимся в срочном лечении и дорогостоящих медикаментах.

Особая тема - строительство жилья. Ежегодно сдаем по 10-12 тыс. м2. Стоимость квартиры довольно приличная, и если бы мы сохранили старый порядок предоставления очередникам ссуд, вряд ли они смогли бы вернуть их даже через 25 лет. По нашим оценкам, погашение "квартирных кредитов" приведет к тому, что у людей не останется денег на самое насущное. В результате долги по ранее выданным ссудам были прощены; все построенное жилье с помощью профкома распределяется среди нуждающихся бесплатно. Выгода обоюдная: у работников комбината появляется уверенность в завтрашнем дне, спадает груз бытовых проблем, а предприятие решает социальные и кадровые проблемы, обеспечивая квартирами необходимых производству специалистов.

Стоимость социальной программы в прошлом году составила 250 млн. руб. В текущем - это сумма должна существенно вырасти. Однако, к сожалению, не все понимают: чтобы заработать эти деньги, коллективу надо трудиться интенсивнее и качественнее, чем, скажем, пару лет назад.

Недавно был подписан колдоговор на 2001 г. насколько сложной оказалась процедура согласования? На какие уступки пошла администрация НТМК, на какие - профсоюз?
Мы все - на одном корабле, находящемся в открытом море. От его устойчивости зависит будущее каждого - и капитана, и матросов. Профком это прекрасно понимает. Мы ничего не скрываем от профкома, но и от партнеров хотим того же. В свою очередь, всегда готовы поддержать любое разумное предложение. В прошлом году, например, когда шла подготовка коллективного договора, мы поставили перед коллективом условие: выпустите 400 тыс.т проката - получите 13-ю зарплату. Задача была выполнена.

В этом году, помимо выполнения основных производственных задач, связанных с выпуском чугуна, стали, проката, актуальными являются экономия энергии, сырья и материалов, повышение интенсификации труда и качества продукции. Разработанные нормы производственных расходов обеспечены соответствующими технгологическими мероприятиями. Выполним их - экономический эффект составит 500 млн. руб., а значит, появятся дополнительные средства на зарплату и социальные мероприятия. Доказывать это профкому не требуется. Он поддерживает нас и проводит большую организационную и разъяснительную работу в коллективе. Возрождается соревнование участков, формируются коллективы ударного труда, советы бригадиров, мастеров, аналоги "кружков качества".

В Нижнем Тагиле с каждым годом улучшается экономическая обстановка. По рассказам горожан, все больше зелени, газонов и клумб. Каковы планы компании в области защиты окружающей среды?
За последние два года мы внедрили немало современных технологий. Сократились расходы угля, газа, воды и воздуха, а значит, заметно уменьшились объемы вредных выбросов в атмосферу и реку Тагил. Однако до идеала еще очень далеко. Осложняет ситуацию неблагоприятная "роза ветров" и ландшафт - город окружен со всех сторон сопками. В этом отношении Нижний Тагил сильно проигрывает Магниторгорску, стоящему в степи и продуваемому всеми ветрами. По мере вывода из эксплуатации мартеновских печей и замены их на экологически чистые установки и агрегаты, будет оздоравливаться и окружающая среда. Надеюсь, что этот процесс не растянется на десятилетия.

НТМК - градообразующее предприятие. От того, как оно выплачивает налоги, сильно зависит бюджет не только Нижнего Тагила, но и всей Свердловской области. Как строятся ваши взаимоотношения с городской и областной администрацией?
И мэр Н.Диденко, и губернатор Э.Россель здорово поддержали нас в самый тяжелый период кризиса: предоставили льготы, реструктурировали задолженность. Сегодня мы исправно платим налоги и гасим долги в рамках мирового соглашения. С обоими руководителями у меня прекрасные отношения и полное взаимопонимание. И тот, и другой активно поддерживают все наши начинания, в том числе и участие в тендере "стан-5000". Повышенное внимание городских и областных властей вызвано не только тем, что аналоги НТМК почти на 50% формируют городскую казну и на 40% - областную. И Диденко, и Россель прекрасно понимают, какую огромную роль в экономике региона будут играть в ближайшие полвека комбинат и новый завод по выпуску ТБД. Ведь, скажем, январский пуск МНЛЗ-3 сразу снял многие проблемы Первоуральского, Синарского и Полевского трубных заводов. Сегодня они полностью перешли на тагильскую заготовку, в разы сократив транспортные расходы и, главное, ликвидировав привязанность к поставщикам из других регионов. Реализация же крупнейшего металлургического проекта, позволит нам не только обеспечить независимость России от импорта газовых труб, но и сохранить сотни миллионов долларов, так необходимых стране и региону.

В прошлогодний День металлурга на закладку стана-5000 на комбинат приезжал В.Путин и по старой уральской традиции, зародившейся еще вдемидовские времена, заложил в его фундамент пятак 1708 г. выпуска. Говорят, что такую же монету вы подарили президенту. Что вы ему при этом сказали?
Я пригласил Владимира Владимировича приехать к нам через три года на открытие стана, а подаренный пятак заложить в фундамент новой России, которую все мы строим. На счастье.

Виктор Шадрин
Москва - Нижний Тагил - Москва
Март 2001 г.