Copyright © Журнал "Человек и Труд" № 11, 2001 г.
Это была не конференция, а сессия Независимого исследовательского Совета по миграции стран СНГ и Балтии, деятельность которого поддержана Программой по вынужденной иммиграции института "Открытое общество". Совет был создан по инициативе нашей лаборатории в 1996 г. Вначале он существовал в малом составе, с 1998 г. при поддержке фондов Форда и Макартуров он расширился (в нем теперь представлены эксперты всех постсоветских стран). Совет проводит серьезную исследовательскую работу, в частности, впервые осуществлен масштабный межстрановый проект по трудовой миграции в СНГ. В этот вид миграции вовлечено множество людей, но их движение практически не исследовано, так же как и вопросы, связанные с оценкой размеров трудовой миграции, ее влиянием на общество, семью, человека, с социально-экономическим эффектом, который она дает.
Проект охватил семь стран. В Молдавии, Армении, Казахстане и в шести городах России обследования проводились по углубленной программе; в Азербайджане, Белоруссии и Узбекистане - по короткой программе. В результате впервые удалось получить сопоставимые данные. Сессия Совета в Ялте как раз и была посвящена их анализу.
Должна сказать, что полученные результаты поразили. Например, выяснилось, что никогда прежде не изучавшаяся миграция местных жителей имеет массовое распространение. Так, в Армении, в трудовую миграцию вовлечено каждое третье домохозяйство (хотя бы один член семьи выезжал на заработки за пределы республики). При этом 2/3 трудовых мигрантов-армян направляются в Россию. Спектр их трудовой деятельности весьма широк: работа по найму, торгово-посреднические операции, строительство и т.д. Причем среди них нет людей, которые бы заявляли о своем бедственном положении, в то время как, по данным социологов, 20% населения Армении жалуется на голод! Любопытный факт: уровнем своего благосостояния в Армении наименее довольными оказались те, кто больше всего зарабатывает трудовой миграцией.
Картина трудовой миграции в Молдавии иная. Географическое положение республики обусловливает разветвленность "мигрантской сети". На мой взгляд, очень скоро в мире появятся молдавские диаспоры, как в свое время армянские. Что же касается молдавских трудовых мигрантов, то они распределены примерно поровну между Россией, Португалией и Израилем. Занимаются молдаване во всех странах одним и тем же - возводят дома, ремонтируют квартиры. Они зарекомендовали себя как дешевые и добросовестные строители. В целом в трудовую миграцию вовлечены 27% граждан Молдавии, и их контингент резко отличается от российского.
В РФ в трудовую миграцию (особенно это характерно для столицы) вовлечены наиболее дееспособные граждане - обычно это полная семья, в которой достаточно молодые родители и один-два ребенка. Как правило, такие семьи не отягощены инвалидами и больными. В Молдавии, наоборот, среди включенных в трудовую миграцию доля социально незащищенных очень высока. До 12% "мигрирующих" домохозяйств представляют собой семьи, состоящие из матерей-одиночек с детьми, в их составе могут быть инвалиды или студенты, на обучение которых требуются деньги. Трудовая миграция фактически разделяет семьи: дети оказываются оторванными от родителей.
По нашим оценкам, трудовой миграцией охвачено 4-5 млн. россиян. В городах, где проводились обсследования, на выездные заработки живут от 8 до 12% домохозяйств. Смоляне ездят торговать и работать по найму в Москву, сюда же движется миграционный поток, как ни странно, и из Ставрополя. А вот Барнаул и Иркутск сильно "привязаны" к Новосибирску и местным рынкам труда, а также ориентируются на Китай. География поездок москвичей очень широка.
Труднее всего, конечно, приходится жителям маленьких городов. Мы проводили исследование в Вязниках, где практически абсолютная безработица. Единственно, что как-то поддерживает горожан, это работа в столице: члены очень многих домохозяйств постоянно трудятся здесь в качестве грузчиков, продавцов, строителей и др.
2/3 российских трудовых мигрантов - челноки. Эти люди фактически вовлечены в международный рынок труда, они постепенно усваивают цивилизованные правила игры. Самые высокие заработки оказались у трудовых мигрантов Ставрополя, самые скромные - в Барнауле и Иркутске (естественно, речь идет о городах, которые обследовались). Впервые удалось оценить трудовой поток в СНГ: он составляет около 10 млн. человек.
Мы провели подробный опрос на тему, как расходуются заработанные деньги, который показал, в частности, что 30-40% россиян в разных городах на заработанные деньги купили автомобили, 15 - 27% - квартиру или дом, 41% - компьютеры, 20% открыли свой бизнес, каждая третья семья выезжала отдыхать за границу и т.д.
В начале 1997 г., по моим оценкам, максимальное единовременное присутствие китайцев на пространстве от Иркутска до Находки составляло 250-300 тыс. человек. Примерно столько же китайцев было в Московском регионе. Поскольку на других территориях страны граждан Китая фактически нет, получалось, что их у нас примерно 500 тыс. (Наш известный китаист В.Гельбрас считает, что сейчас в России проживают единовременно 800 тыс. граждан Китая.) Если заглянуть в будущее, то можно предсказать, что китайская диаспора будет продолжать формироваться.
Китайцы очень адаптивны, неприхотливы и обычно законопослушны. Они, конечно, не ангелы, но свои проблемы стараются разрешать между собой. Характерно, что в их газете, издаваемой у нас, можно найти разъяснения правил жизни в России, рекомендации, как вести себя с милицией и т.д.
Надо сказать, что стереотипы восприятия китайцев нашими согражданами меняются. В конце 1996 г. мы брали интервью у представителей администрации и интеллигенции Дальнего Востока. Преобладающим тогда было мнение: обойдемся без китайцев, они здесь не нужны. Опрос 1998 г. выявил общее понимание того, что китайцы - неотъемлемая часть будущего населения России. Отношение к ним оказалось более дружелюбным, нежели мы предполагали: многие русские согласны иметь китайца в соседях или в качестве сотрудника, коллеги. Правда, только 15% респондентов не возражают против смешанных браков. Естественно, студенты и молодежь более толерантны. Русские по достоинству оценивают трудолюбие китайцев, отмечают их неприхотливость, индифферентность к алкоголю.
Конечно, ситуация очень серьезная, потому что демографический потенциал России не соответствует ее возможностям, а миграция населения из стран СНГ, к сожалению, не сможет удовлетворить нашу потребность в рабочей силе. Думаю, что и мы, и китайцы будем искать приемлемые формы сотрудничества.
Я не политолог, но тем не менее попытаюсь сформулировать свое видение данной проблемы. Полагаю, что эра огромных империй прошла, пространством люди, что называется, объелись. Все поняли: освоение территории требует колоссальных капитальных вложений. Инвестиции в пространственную инфраструктуру выгодны при плотности населения не менее 200 человек на 1 км2. Это именно то, что наблюдается в Европе. А если вы строите дорогу из пункта А в пункт Б, которая проходит по демографической пустыне, то трудно рассчитывать, что такая дорога станет эффективной. Поэтому мне кажется, что китайцы вряд ли соблазнятся такой перспективой. Есть и еще один серьезный противовес гипотетической китайской гегемонии на Дальнем Востоке. Думаю, что США, Япония и Корея в подобном развитии событий не заинтересованы.
Многое зависит и от нас самих. Убеждена, что государство должно приветствовать расселение мигрантов из Китая по всей территории нашей страны, не допуская их концентрации в Приморском крае и других приграничных районах. Вспомните относительно недавнюю историю: во время Первой мировой войны, когда не хватало квалифицированной рабочей силы, китайцам разрешили свободный въезд на территорию России. Они очень быстро добрались до Мурманска... Кроме того, Россия ведь может привлечь не только китайцев, но и вьетнамцев, корейцев и др.